Весеннее обострение

Вот это полулежачее сейчас на столе землетрясение мне во дворце нужно? Нет!

— Чего бы это ради, уважаемый? — вежливо так интересуюсь я.

— А вдруг они сюда вернутся? — отвечает маг и пьяненько улыбается, — Вальдор, ну хошь, я для тебя что-нибудь сделаю?

Ага, вернутся. Причем именно сюда. Нацелился старый хрен на мои запасы вина. Небось у Дуси выжрал все, вот его в гости и потянуло. Хотя… что он там говорил насчет "что-нибудь сделать"?

— Мерлин, ты можешь сделать так, чтобы я выглядел моложе?

— На молоденьких потянуло, — хихикает маг и укоризненно машет мне указательным пальцем, — да запросто! На какой возраст Вы рассчитываете, Вашшство?

— Сколько лет ты хочешь, чтоб тебе давали?

А… Э… Сколько бы, ну так, чтоб естественно…

— Бу сделано! — отвечает маг и подрыгивает правой ногой.

Ну да, он в своем магическом предмете ходит. На левой у него сапог, — вина вели еще принести!

И окончательно падает лицом на стол.

Аккуратно ощупываю собственную физиономию. Есть ли изменения? Пока неясно. Зеркало, где зеркало? Почему у меня в кабинете нет зеркала? А! В спальне есть.

Несусь в спальню, и…

А дальше я не буду приводить те слова, которые мне пришлось произнести. Потому что они все нецензурные. А я человек солидный, да, солидный, мне это не к лицу.

К вопросу о лице. Стою я, смотрю в зеркало и понимаю:

А) вряд ли меня кто в таком обличии узнает;

Б) нужно срочно выяснить, как убить Мерлина. После того, как он вернет мне мой облик. Ну почему в прошлый раз Терину не удалось прикончить этого старого засранца? Почему?!

Бегу обратно в кабинет, содрогаясь от мысли, что этот… маг… мог уже куда-нибудь деться.

Нет, спит, родненький, храпит, зараза, и, сволочь такая, не просыпается! Я на него орал, я его пинал, я вылил ему на голову остатки вина. Не помогает. Что мне делать? Ну максимум, максимум, сколько мне можно сейчас дать — это двадцать пять. Но это с большой натяжкой. Я, конечно, выгляжу совершеннолетним, но и только. Красивым — да, стройным — безусловно, но где король Вальдор? Куда подевали короля?!

Да, именно так и будет кричать народ, увидев меня.

Ну, мы с Дусей и выпили. Как я полагаю, с горя. И, возможно, даже от отчаяния. Мы — бедные пленницы, ее вот чуть не изнасиловали у меня на глазах, а я… А ко мне даже и не пристают. Нет, в самом деле, нас, может, убьют скоро, а я так и останусь девственницей.

— Ханна, я понимаю, у меня алкоголизм генетически заложен, а ты то что? — удивляется Дуся, но кружку мне наполняет.