– Конечно… капитан, – вскочивший из-за заваленного бумагами стола фок Дахе сел и растерянно улыбнулся. – Садитесь… Эта писанина… Совсем запутался!
– Вам не нравится? – расстроился капитан, опять забыв о, чтоб ее, субординации. – Простите, я не вправе обсуждать ваше назначение.
– А кто тогда вправе? – отец Гизеллы снова улыбнулся. – Я, разумеется, помню, кто такие Савиньяки, и свое место тоже знаю, но после всего… Ничего не могу с собой поделать, вы для меня родной человек.
– А вы для меня! Если честно, приличной родни, именно родни, у нас ближе Алвы нет.
– И не надо, когда есть… настоящее!
– Выпьете?
– Да, конечно. – Когда не хватает слов, всегда предлагают выпить. И соглашаются тоже всегда. – С огромным удовольствием.
– У меня здесь только крепкое, а вы…
– А мы всем семейством… в мужской его части, начинали в Торке.
– Да, действительно, – фок Дахе почти метнулся к угловому шкафчику, в котором среди каких-то коробок таились графинчик и стопки.
Фок Варзов держал свои стопки в сундучке с косаткой, хорошо бы маршальское имущество вернуть в Вальдзее. Как там сказал Ли? Косатка должна сражаться, но чтобы сражаться, нужно жить!
– Господин генерал, я еще не поздравлял вас с… перевязью и вступлением в должность! Разрешите?
– Да, капитан.
– Я хочу… чтобы у вас дальше все было хорошо, чтобы больше никаких потерь, и… Вальдзее хорошее место, лучше Лаик, а фок Варзов был бы рад, что там теперь будут унары, и с ними вы.
Клянусь, был бы рад! Ваше здоровье.
– Спасибо… Арно. Знаете, регент мне сказал примерно то же. Он ведь был… очень привязан к маршалу фок Варзов?
– Рокэ был его оруженосцем, а у Малетты… вы же знаете?
– Это все знают. Я ведь как раз из Вальдзее, вчера только вернулся. Как думаете, господин регент разрешит оставить управляющего и домашних слуг?
– Они вам понравились?
– По большей части.
– Тех, которые не понравились, – внезапно чуть ли не потребовал Арно, – гоните! То есть дать им жалованье до конца года и пусть уходят.
При вас в «загоне» должно быть хорошо, а значит, хорошо должно быть прежде всего вам.
– В «загоне»?
– Лаик еще называли жеребячьим загоном. «Фабианово братство» – оно как-то… противно звучало. Сам Фабиан наверняка был замечательным человеком, но потом лизоблюды про него такое развели…
– Я не был в Лаик, – фок Дахе освежил стопки, можжевеловая у него была неплохая.
