Смотри, Маршал! И как только он сюда влез?
Черно-белый в самом деле был здесь и драл когтями самую большую из застилавших пол шкур, но когда и откуда он вошел, Мэллит не заметила.
2От подобной зрительной трубы не отказался бы и Альмейда, Кроунер же не упал в обморок лишь из страха уронить свежеобретенное сокровище.
– Господин капитан… – стонал он, держа подарок обеими руками, – господин бригадир… Это как же… куда…
– Оп-ти-чес-кий прибор пригодится в экс-пе-ди-ции, – прервал стенания из последних сил хранящий серьезность Арно.
– Незаменимая штука при ловле птиц и звезд.
– Атлас Видимого небесного, – не преминул подхватить Валентин, – после возвращения адмирала Вальдеса наверняка будет расширен, причем значительно. Обнаружив новые созвездия, вы сможете назвать одно из них Бабочкой.
– Или Усачом! – Арно взял со стола строгий черный футляр для бумаг и протянул разведчику, который растерянно затоптался, не зная, куда девать драгоценную трубу. Выручил Валентин, самолично вынувший нежный прибор из капральских рук, после чего наступил черед патента, навеки закреплявшего за марагонским жуком «кондициённое» имя, подлежащее теперь включению в ближайший бестиарий.
Мысль осчастливить Кроунера бумагой с печатью принадлежала Арно. Валентин согласился, но решил, что документ должен обладать абсолютной юридической силой, которую ему придаст подпись регента. Изрядно напоминавший изделия Сузы-Музы диплом угодил к Рокэ, который одной лишь подписью не ограничился. «Усач королевский, шипогрудый, блестящий, больно кусающий, превеликий как Бабочка» волей Алвы превратился в «Королевского усача Кроунера».
Прочие жучиные титулы остались без изменений, а вот покусившийся на права первооткрывателя подхалим лишился сразу академической мантии и пенсиона. Арно с Валентином сочли такое решение справедливым, но капрала оно изрядно встревожило.
– Он же все неописанное знает, – переживал разведчик, – и не токмо про жуков с зайцами! Второго такого зепляра пока еще выучишь, как же без него проверять, описанное или нет? Про короля он, может, от души вписал, сиротку порадовать, ну а мы с Бабочкой что… В иск-педиции всяко незаписанное найдется.
– Еще бы! – Арно покосился на часы и понял, что с наукой пора заканчивать. – Но шкурника этого жалеть нечего, он не просто тебя обокрал, он присягу нарушил. Научную.
– Изгнание из Академии подобного господина, – не замедлил развить мысль Придд, аккуратно убирая трубу в чехол, – создает позитивный прецедент.
