Ветер над островами

Проснулся я отзвука плещущейся в деревянный борт волны и ощущения того, что мир начал вокруг меня покачиваться. Честно говоря, огорчился — хотелось застать этот момент первого в моей жизни отплытия на настоящей парусной шхуне.

Подхватился, вытащил из сундучка несессер с туалетными и метнулся по трапу наверх, шурша тростниковыми тапками. Кричали чайки, утренний ветерок был пока свежим, жара еще не навалилась, хоть солнце уже взошло, а вода из темной ночной превратилась в бирюзовую утреннюю.

Суеты на палубе не было.

Игнатий сам стоял за штурвалом, двое моряков возились с чем-то у канатного ящика, Иван-моторист смазывал уключины у висящей шлюпки, самый молодой из матросов, отзывавшийся, как я вчера заметил, на имя Федька, рыжий, конопатый и круглоголовый, с едва пробивающейся редкой бородой, сидел с банкой белой краски в руках возле рубки, аккуратно нанося неизвестно какой уже по счету слой на ее стену. Из камбуза слышался звон кастрюль, а из трубы над ним несло запахами кухни.

Вера тоже не спала и сейчас стояла на самом носу судна, держась за ванты и глядя куда-то вдаль, и ветер трепал две черные ленточки на ее новой соломенной шляпе.

Я подошел сзади, спросил:

— А что меня не разбудили? Не многовато ли чести?

— Я попросила, чтобы не будили, а то ты ни одной ночи не спал толком, — сказала она, обернувшись, а затем спросила: — Красиво, правда?

Шхуна с наполненными попутным ветром парусами шла по широкому проливу между двумя большими островами. Остров справа был покрыт лесом, в сплошной зеленой стене которого были видны следы вырубок, а тот, что слева, холмистый и зеленый, поднимался от воды пологими террасами, и если приглядеться, то можно было увидеть стада коров, пасущихся на зеленой траве.

Картина и вправду поражала своей яркостью и какой-то праздничностью — яркая вода с искрами солнца в мелкой волне, сочная зелень, ярко-голубое безоблачное небо, белые паруса — действительно красота. Тишина и покой: парусник — не пароход, лишь плеск из-под форштевня слышится.

— Верно, красиво, — согласился я. — А что за острова?

— Тот, что справа, — Зеленый, а слева — Пастуший, — пояснила она. — На Зеленом плантации какао, а на Пастушьем… ты сам видишь, там скот разводят.

— Большой остров должен быть, — немного удивился я.

— Самый большой, на день пути, — подтвердила Вера. — Не меньше двух тысяч человек на нем живет.

— Помню… по карте помню. Это мы часа три уже идем?

— Примерно, — подтвердила она.