Ветер над островами

Да это и по барабану видно: длинный патрон в него не влезет. С пробиваемостью слабо, а вот с останавливающими способностями все в порядке должно быть. Пуля-то вон какая, спереди с выемкой и тяжеленная.

Зато видно, что игрушка дорогая. Металл прекрасный, рукоятка, кстати, довольно современной формы, костью отделана, по металлу инкрустация. И надпись: «За Вера, моя дочь, на четырнадцать лет. Папа».

— Ты — Вера? — спросил я.

— Вера, — кивнула девчонка, протягивая руку за оружием. — А ты?

— Алексей, — ответил я, отдавая револьвер.

— За кого крещен? — уточнила она.

Ну ты скажи… Это здесь принципиально? А «здесь» — это где?

— Уже не помню, — отмазался я от неудобного вопроса и сам перехватил инициативу: — А где я все же?

— На Берег Змеи, его километров от Нова Фактория, — ответила она, уже не удивляясь и попутно ловко вставляя в барабан два патрона. — За товар с обоз ходили, а на обратен путь напали.

Черт, что за язык у нее странный такой? Никогда подобного не слышал. А по акценту — самая что ни на есть русская, те же болгары с сербами по-другому звучат.

Да и внешне — курносая, голубоглазая, скуластая, белокожая, две русые косички из-под шляпы. А она меня не всегда понимает, это заметно. Кстати, а что это за Берег Змеи такой? Берег скелетов слышал, Берег Слоновой Кости — тоже слышал, даже Берег Берцовой Кости в каком-то анекдоте встречал, а вот Змеи — ни разу. Все же Африка, если негры?

Рычание на улице понемногу затихало, но хруст костей доносился до нас явственно. Кстати, а не оборзели они там, жравши? А не стрельнуть ли мне еще одну-другую, а? Исключительно в порядке мести за испуг и изрезанные об осоку руки.

— Схожу, — сказал я, поднимаясь с колен. — Гиен прогоню.

— Не надо гонять, — покачала она головой. — Так зажрут и уйдут, а если ты еще гиена стрельнешь, то останутся. Пока не зажрут — уйти не смогут. Тут ждем.

Ну что, тоже логично. Мог бы и сам дотумкать до такой простенькой мысли. Дураком, наверное, в ее глазах выгляжу? Да уж наверняка, косяк за косяком леплю.

Минут пять сидели молча, прислушиваясь к звукам снаружи. Затем девчонка вновь спросила:

— С севера. Издалека, — ответил я, подразумевая, что Москва точно далеко на север от Африки, в которой мы сейчас наверняка.

— А как сюда пришел? — снова спросила Вера.

— Я не помню, — вздохнул я, опять не наврав ни на йоту. — Помню, как из дома выходил, а потом помню, как гиен на дороге увидел.

— Я к дороге ходила смотреть, увидела, как ты бежал, — сказала она.