Ветер над островами

 — За одна здесь страшно, увидела одежду, лицо — не негр, стала звать.

«За одна здесь страшно»… Я если бы даже захотел, точно так фразу построить не сумел.

— А ты сама откуда? — спросил я. — Издалека?

— От остров Большой Скат, город Бухта. Бывал? — уточнила она.

— Нет, не бывал, — покачал я головой. — Не довелось.

— Надо отец захоронить, когда гиены уйдут, — сказала девчонка. — Помогаешь?

— Помогаю, конечно, — кивнул я. — Ты меня спасла, так я в долгу. Да и не знаю я, куда потом идти, без тебя не справлюсь.

— Со мной иди, — легко предложила она.

 — Я теперь одна, ты один. От отец ружье осталось, еда, шляпа. Пойдем вдвоем до Нова Фактория, там меня шхуна ждет. Добре стреляешь?

— Стреляю добре, за это не бойся, — кивнул я и усмехнулся: — За охрану при тебе пойду, беречь буду.

Сказал я это вполне искренне, не зная даже сам, насколько я предугадал будущее.

— Это хорошо, — серьезно согласилась она. — В Нова Фактория скажу, что отец тебя мне в охрану нанял, а когда негры напали, они тебе мозги помяли и ты память потерял.

Когда встал, все мертвые были.

— Где нанял? — уточнил я, чтобы потом впросак не попал.

— А что ты здесь знаешь? — спросила Вера.

— Тогда на торг с неграми он тебя нанял. Из другой обоз, не из Нова Фактория. А теперь ты не помнишь. Дом помнишь, меня помнишь, а как из дома до этот край дошел — не помнишь. Так?

— Так, — подтвердил я, а затем сам спросил: — Отец у вас в обозе главный был?

— Так, — кивнула Вера. — Он купец был, его был обоз и его товар. И шхуна, что в Нова Фактория ждет, тоже его.

— А мать? — спросил я.

— Мать умерла, — вздохнула девчонка. — Родами. Теперь дядя с тетка остались, за отцов брат. Он на Бухта сейчас есть. Дядя теперь за главный будет.

Опять воцарилось молчание, но от входа в пещеру мы не уходили — звуки, доносящиеся снаружи, к этому не располагали. Я взялся вновь рассматривать винтовку. Это только поначалу показалось, что она старая, стереотипы сработали. И не старая вовсе, а новая вполне, воронение на гранях ствола даже не потерлось.

Затем открыл еще нечто интересное — на ней не было серийного номера. А у оружия, по крайней мере мне знакомого, так не бывает. А тут только клеймо из переплетенных букв «М» и «Р» на бронзовой бляшке, вдавленной в приклад. Ну и на стенке ресивера. На прикладе, если присмотреться внимательно, надпись выжжена, какую почти не видно из-под темного лака: «Мне отмщение и Аз воздам». Богохульство какое-то, а для девчонки существенно, в честь кого я крещен. Странно.