Ветер над островами

Откашлявшись в кулак, он сказал:

— В понедельник я начну записывать добровольцев в команду. Сорок человек на двух судах мы должны отправить в Новую Факторию, в поход против племени. Никого назначать не буду — пусть каждый решит сам для себя. У меня все.

Полковник опять сел. Проповедь, к слову, тоже состоялась, уже после этого. Говорил преподобный о том, о чем, в моем понимании, ни один священнослужитель говорить был не должен, — если кратко изложить, то темой проповеди была «око за око, зуб за зуб».

В чем я с ним был в высшей степени согласен. Еще он говорил о том, что терпимость — это чаще всего трусость, а трусость — самый страшный из грехов, — опять я с ним кругом соглашался. И когда все встали и хором пели гимны из книжечки — я так чуть не больше всех старался, хотя вроде бы пока и не уверовал. А потом я вбросил серебряный рубль в копилку с надписью «Полонный сбор».

После службы люди расходились не сразу, толпились на площади, разговаривали — общались, в общем.

— А ты что сегодня будешь делать? — спросила Вера.

Я прикинул, что у меня сегодня за планы были. Собирался я Зорьку оседлать и немного в верховой езде попрактиковаться, обещал я Аглае это сделать. Еще планировал посетить стрельбище, что расположилось сразу за блокгаузом ополчения, и там, естественно, пострелять, забрасывать это дело нельзя. А потом собирался воспользоваться преимуществом нового места жительства, то есть пойти на пляж и там проваляться на горячем песке до тех пор, пока не надоест.

Или не стемнеет. Или не пора будет на танцульки собираться.

Это все именно в таком порядке я и изложил.

— А мы с Пламеном на пляж собираемся, — заявила Вера, а Пламен кивнул. — Туда, за маяк, знаешь уже?

Не знать было трудно: маяк как раз у гавани был, а пляж тянулся за ним.

— И вообще мы с друзьями собираемся, давай с нами, а?

Я представил себя в обществе многочисленных пятнадцатилеток и решил, что долго я там вряд ли протяну.

— Ну если только позже, — отмазался я.

 — Приду на берег, а там уже видно будет.

— Ну… хорошо, — кивнула Вера, и они с Пламеном пошли к поджидавшим их Евгену с женой и остальными детьми.

Я поискал в толпе Ивана-моториста, но не нашел — наверное, он уже ушел, — поэтому развернулся и направился домой, Зорьку седлать.

День провел с пользой, можно сказать. Уже верхом, прямо чистый ковбой, подъехал шагом к оружейному магазину, где купил патронов и для карабина, и для револьвера.