Ветер с востока

Как обычно, были посланы патрули с собаками, в основном, на запад, потому что туда стремились все узники в своих мечтах.

Корфитц Бек слышал лай собак целый день. «Бедняга русский сбежал», — так он рассеянно подумал. Бежали, в основном, русские ссыльные, потому что у них был кратчайший путь домой. Для них расстояние до дома не превращалось в пропасть, как для шведов.

Вечером Бек сидел вместе с несколькими офицерами в избе, где стены были сложены из грубых бревен, окна слишком малы, а пол — земляной. Чадящая лампа с рыбьим жиром была единственным источником света.

Далеко вдали они слышали зловещий вой собак.

— Ну, Бек, что ты об этом скажешь? — спросил майор и так потянулся своим сухощавым телом, что скамья заскрипела.

— О чем же?

— О твоем так называемом адъютанте.

Корфитц Бек нахмурил брови. Им овладело предчувствие беды. Он почувствовал, как горят щеки, потому что вспомнил неприятный эпизод с Марией. Проклятый нахал!

— А что с ним?

Товарищ сделал жест в сторону рыскающих собак. Остальные внимательно смотрели на капитана Бека.

Его мозг работал медленно, противился, отказывался понимать:

— Что ты имеешь в виду?

Один из присутствовавших сказал:

— Ты хочешь сказать, будто ничего не слышал?

Корфитц выжидательно смотрел на него.

— Молодой Грип исчез.

Точно мороз прошел по коже у капитана Бека.

— Исчез?

— Вчера вечером.

Капитан не мог вымолвить ни слова. Он поднялся с места и уставился в жалкое оконце, где вместо стекла был натянут пузырь. Он, конечно, ничего не видел, особенно то, что искал его взгляд.

Он видел только смутно различимые стены домов. За спиной он слышал голоса товарищей.

— У парня нет ни одного шанса из тысячи. Они схватят его и сразу убьют. Либо сошлют его еще дальше на восток.

— А оттуда он никогда не вернется. Мы видели его в последний раз.

— Откуда вы знаете, что сбежал? — сказал Корфитц и удивился тому, как до неузнаваемости глухо прозвучал его голос. — Может быть, он просто где-то спрятался.

— Исчезли все его пожитки. И шкуры, которыми он занимался.

Он прихватил с собой также немало снеди, которая была у них в избе.

— И об этом я узнаю только теперь! — вспылил внезапно разозлившийся Корфитц.

— Мы думали, что ты знаешь.

Корфитц рванул дверь и вышел. Прошел мимо часового, всегда стоявшего тут, и направился к небольшой смотровой площадке между домами. Отсюда он мог видеть краешек степи на юге. Здесь Корфитц постоял. Он сознавал, что его бурный гнев не был направлен против других людей.