Ветер в кронах

«А что ещё я могу тебе сказать, кроме номера? Пожалуйста, обращайтесь! Наш клуб добровольных помощников в любое время к вашим услугам!» — злилась Катя, диктуя цифры.

— Извини, нас ждут, — Андрей махнул рукой в сторону машину. — До встречи?

— Да, пока! — и Кате хотелось надеяться, что её деланная улыбка выглядела не совсем фальшивой.

— Катя, пока! — довольная Стефания помахала ей рукой из окна.

И Катя, подняв руку, махала ей вслед, всё с той же мерзкой улыбочкой, пока машина не скрылась из вида.

Остывший ужин в холодильнике.

«Какая рокировка, — зло хмыкнула Катя, осматривая убранную комнату. — Зато я точно знаю, что предложить Глебу на ужин, если он приедет голодным».

Но гаденькое чувство, что ею попользовались и выбросили, так и стояло в горле изжогой.

«А на что я рассчитывала? Сама навязалась в няньки. Сама и виновата, — уговаривала себя Катя и сама же себе не верила. — Они родные. Они семья. А кто им я? Просто случайная знакомая? Просто неожиданная помощь? Да им и помощь-то моя не нужна».

И одиночество, а может, досада, а может, ущемлённое самолюбие, но что-то унизительное, обидное с новой силой сжало свои костлявые пальцы на её горле. Так мучительно сжало, что захотелось, чтобы Глеб приехал быстрее.

Чтобы приехал и остался. Навсегда. И пусть этот нерешительный Андрей вернётся, а она уже не свободна. Уже не одна. И уже не с ним.

— Собирайся! — заявил Глеб с таким довольным видом, словно пригласил Катю, как минимум, в Миланскую оперу.

— Поедем ко мне в гости.

— К тебе? В гости? — переспрашивала Катя, чтобы у неё было время осознать услышанное.

— Ко мне. В гости. Форма одежды любая. Мы будем вдвоём.

— Тогда, пожалуй, я поеду просто в полотенце. Не вижу смысла тратить время на эти игры с переодеваниями, — усмехнулась Катя.

— Как хочешь, — только развёл руками Глеб, но глаза у него были хитрые. И сам он был одет довольно нарядно. Светлые летние брюки. Рубашка навыпуск — белая в мелкий рисунок, с короткими рукавами.

«Ещё только не хватало стать предметом розыгрыша или посмешищем для его друзей», — в Катином дурном настроении в голову лезли только дурные мысли.

И, назло всем врагам, она надела единственное приличное платье, что брала с собой, и туфли на каблуках.

— Ого! — присвистнул Глеб и подскочил с дивана, когда, слегка нанеся боевую раскраску и распустив волосы, Катя вышла из ванной.

Ещё для таких случаев у неё был крошечный клатч.