«Вот и радуйся, что избавился!» – утираю ладошкой слезы.
– Я не вернусь, папа, – заявляю без запинки. – Мне девятнадцать лет, и я совершеннолетняя. И если кто-то попробует увезти меня силой, я обвиню в похищении."
"Распрямляю спину, стараясь говорить твердо. Главное, не сдаться сейчас. Я все выдержу. Только больше не хочу слышать, в каких бедах семьи я виновата. Все! Надоело!
– Дурдом какой-то! – вздыхает отец. – Это твое право, конечно. Как устроишься в общежитии, позвони матери, – приказывает он голосом, не терпящим возражений.
– Хорошо, – киваю я, наблюдая в лобовое стекло, как от стекляшки к машине спешит наш Денис Иванович. В одной руке стаканы с кофе на подставке, а в другой – пакет со сдобой.
– Вырастили на свою голову, – ругается отец и, не попрощавшись, прекращает разговор.
– Сильно ругается? – косится на меня Катерина.
– Как обычно, – отмахиваюсь я легкомысленно. – Вот почему твой все понимает, а мой вечно всем недоволен.
– Вадиму Ильичу сколько лет?
– Шестьдесят три.
– А моему тридцать шесть.
– Тридцать шесть? – переспрашиваю я не веря. – Сколько ж ему было, когда ты родилась?
– Семнадцать лет. А маме – восемнадцать. Школьный роман. Я же тебе рассказывала. Их, конечно, поженили. Папа перевелся в вечернюю школу и пошел работать. Он и тогда был упертый. А потом родители что-то не поделили и развелись. Прошла любовь, завяли помидоры! – весело хихикает Катерина и тут же обращается к вернувшемуся с нашим ужином Денису Ивановичу:
– Деня, а ты случайно жвачку не купил? Забыла сказать.
– Купил, – весело рапортует тот. – Знаю я твои повадки, Катерина Александровна.
Вроде бы в шутку сказано. Но мне немного режет слух явное несоответствие. Взрослого мужчину моя Димирова называет по имени и на «ты», а он ее величает уважительно. Как хозяйку.
Неужели Катин папа так богат и могуществен, что его влияние распространяется и на дочку? В это трудно поверить, зная Катю Димирову. Такую простую, веселую и совершенно бесхитростную.
– Ваш заказ. – Денис Иванович передает нам подставку с кофе и пакет с выпечкой.
А сам садится за руль.
– Вперед! Нас ждет Москва, – улыбается нам в зеркало заднего вида. И включает музыку.
Дорогой мы с Катей пьем кофе из бумажных стаканчиков. Жуем круассаны под задушевный романтический медлячок. Хорошо-то как! Никто не ругается из-за крошек в салоне. Не хмурит бровью, когда хлопает дверца.
Машина плавно скользит по трассе, распугивая грозным видом обычные легковушки. Теперь уже в колонках гремит Би-2.
