– Вы, сэр, – почти выплюнула она, – бесчестный человек!
Глаза Энтони сверкнули дьявольским огнем. Выбросив вперед руку, он сжал ее подбородок и вынудил смотреть ему в глаза.
– Это неправда, – убийственно холодным голосом бросил он. – И будь вы мужчиной, я вызвал бы вас на дуэль.
Кейт не шевелилась. Очень долго. Целую вечность. Но взгляда не отводила. Кожа на подбородке горела в местах, которых касались его сильные пальцы. Наконец она сделала то, что поклялась никогда не делать в присутствии этого человека.
Взмолилась.
– Пожалуйста, – прошептала она, – отпустите меня.
Виконт с пугающей поспешностью разжал руки.
– Прошу прощения, – пробормотал он с некоторым… удивлением.
Нет, невозможно. Этого мужчину ничем нельзя удивить.
– Я не хотел сделать вам больно, – мягко добавил он.
– Разве?
Он кивнул:
– Не хотел. Это правда. Может, только напугать немного. Но не причинять боли."
"Колени предательски подогнулись, но Кейт сумела отступить.
– Вы не кто иной, как повеса и распутник, – бросила она, жалея, что дрожащий голос звучит не так презрительно, как бы ей хотелось.
– Знаю, – пожал он плечами. Гневное пламя в его глазах сменилось смешливыми искорками. – Это в моей природе.
Кейт снова отступила. Она не могла привыкнуть к резким сменам его настроения.
– Я немедленно ухожу.
– Идите, – дружелюбно кивнул он, показывая на дверь.
– И вы не сможете меня остановить.
– Мне бы это в голову не пришло, – улыбнулся он. Кейт попятилась к двери, боясь, что, если хоть на секунду отведет от него глаза, он набросится на нее.
– Я немедленно ухожу, – неизвестно зачем повторила она. Но когда протянула руку к дверной ручке, он вдруг сказал:
– Надеюсь, увидимся, когда я в следующий раз навещу Эдвину?
Кейт побелела. Конечно, она стояла к нему вполоборота, так что он ничего не заметил, но впервые в жизни она физически ощутила, как отлила от лица кровь.
– Вы пообещали оставить ее в покое, – напомнила она тоном судебного обвинителя.
– Нет, – дерзко бросил он, прислонившись к спинке стула.
– Я сказал, что вы вряд ли позволите мне жениться на Эдвине. Но это еще не значит, что я позволю вам вмешиваться в мою жизнь.
Чувство было такое, словно в горле застряло пушечное ядро.
– Но, – выдавила Кейт, – вряд ли вы сами захотите жениться на ней после того, как вы… как я…
Он направился к ней медленно, грациозно, как большой хищный кот.
– После того, как вы меня поцеловали?
– Я! Я не…
Но слова обожгли горло, потому что были насквозь лживы.
