Виктор Глухов

— Много взял? — не отцеплялся Овор.

— Немного. Пятьдесят золотых, — сказал я, не думая отпираться.

Для старого шпиона сегодня был день открытий. Сумма, названная мной, в десять раз превосходила ту, что обычно берут как отступные с простых людей.

В этом мире были интересные законы, в чем-то перекликающиеся с Русской Правдой Ярослава. Дворянин мог убить, а мог взять откуп деньгами. Нехейцы, сами по себе небогатые, но гордые дворяне, часто таким образом выходили из положения безденежья. Короче, память Ирридара мне говорила: брать откупы — это норма.

— Однако-о! — покачал он головой. — Дар, а зачем тебе деньги?

Ну вот, сейчас все и решится. Я спокойно поглядел в дядькины глаза и сказал:

— Я поступлю в академию, а ты вернешься к отцу. Ведь так?

— Так, — согласился Овор, не понимая, что я хочу этим сказать.

— Переедешь в деревню, где тебе выделят дом? — продолжал я спрашивать.

— Перееду, — согласился Овор. — Стар я, чтобы служить барону дальше.

— Вот! А я хочу, чтобы ты остался со мной. Для этого мне и нужны деньги.

Он молча внимательно рассматривал меня. А я знал, что Овор мог отличить правду ото лжи.

— Ты сильно изменился, Дар, — наконец сказал он. — Дома ты был совсем другим.

— На это есть веская причина, ты не находишь? — спросил я его.

— Поясни, — попросил он недоуменно.

— Дома я ни в чем не нуждался. У меня была еда, одежда, крыша над головой, учителя. Обо мне заботились… А теперь я сам по себе. И заботиться обо мне скоро будет некому.

Овора основательно пробрало.

— Спасибо, Дар. Честно, не ожидал. — Старик был сильно растроган. — Я сам не хотел с тобой расставаться. — Он встал, подошел ко мне и обнял меня за голову, прижав ее к себе. — Я рад. Я буду рядом с тобой, пока не умру, — произнес дядька.

Я не кривил душой, когда говорил Овору, что его люблю, эти чувства передались мне от Ирридара. И я всей своей лохматой душой прожженного вечного майора был привязан к старому бойцу невидимого фронта.

Зак силился решить трудную задачу — как содрать деньги с ушлого мальчишки. Если рассказать барону и предложить ему свой план, то барон своими загребущими лапами заберет все себе. Заку достанется пара золотых и поощрительное похлопывание по плечу.

— Старайся, Зак, живее будешь, — так всегда благодарил за хорошо сделанную работу сволочь Шарду.

Зак ненавидел и боялся барона одновременно.