Вьюга

 – А я так боюсь темноты!

– Эта хижина принадлежит Черному лесу? – удивленно спросил Тристан. – Та, что находится так высоко в горах?

– Горы еще выше нее, – звонко рассмеялась она. – Хижина недалеко отсюда.

– Почему тебе не пойти туда днем?

– У меня много работы, Ваша Милость. Фу, как страшно идти вечером!

Тристан основательно и надолго задумался. Мысль его работала медленно.

– Я… Может быть, мне позволено будет сопровождать вас? – Может, он сейчас слишком спешит? Это прелестное лесное существо повернется к нему спиной из-за его настойчивости.

– Нет, ах, Ваша Милость, Вы не можете себе позволить этого! Я простая деревенская девушка, и Вам не подобает такого.

Тристана охватило волнение, на что она и рассчитывала.

– Нет, уверяю Вас, я буду очень рад помочь Вас. И не называйте больше меня «Ваша Милость», меня это очень смущает. Вам не следует меня бояться, фрекен Гудрун, у меня самые благородные намерения. Только проводить вас, там в глуши я не причиню вам зла.

Гудрун вынуждена была наклониться, чтобы скрыть душивший ее смех.

Но это должно произойти в темноте. Дневной свет давно уже не является ее другом.

– Хорошо, если Вы настаиваете, господин, то я Вам очень благодарна, – сказала она и присела в глубоком книксене. – А сейчас, я думаю, мне следует вернуться домой.

Они договорились о месте встречи. Тристан хотел на прощанье поцеловать ей руку, но она быстро вырвала ее и убежала, словно лесной звереныш.

Переполненный восторженного ожидания, Тристан поскакал домой в Элистранд.

Виллему нервничала. Доминик уехал обратно в Липовую аллею, день клонился к вечеру.

– Виллему, перестань метаться по комнате, словно курица-несушка, – сказал Калеб. – Неужели не можешь спокойно посидеть хотя бы минуту.

– Нет, я… пойду прогуляю Принца. Ему необходимо побегать по лужайкам.

– Не давай ему только гоняться за овцами!

– Принцу? Хотела бы я повидать овцу, с которой он может справиться.

Старый охотничий пес спокойно бежал рядом с ней, когда она спешила через луга к опушке леса. Бесцельно она бродила там в течение двух часов, переходя с одного наблюдательного пункта на другой до тех пор, пока вечерние сумерки не прогнали ее домой.

– Виллему, – с улыбкой произнес Калеб, когда она вернулась. – Бедная собака полностью измотана!

Принц свалился на пол словно мешок.

– Прогулка продолжалась дольше, чем я рассчитывала, – согласилась она.