Вьюга

Когда вы спуститесь в Муберг, уже будет светло. Возьмите кусок бересты, напишите на нем углем короткое сообщение и положите его под левый бык моста, ведущего через реку! Мы позаботимся о его доставке вашему отцу. Но не называйте ни нас, ни Эльдара.

– Конечно, нет. Когда я смогу вернуться домой?

Он подумал и решительно сказал:

– К весне. Напишите это! К весне.

«На это время намечено восстание, – подумала она. – Боже, будь милостив к моей любимой семье! О, Боже, во что я ввязалась?»

Предводитель сказал:

– Эльдар, адрес поместья и другие указания ты получишь от меня.

Вам не трудно будет устроиться там на работу, так как это место все избегают и хозяева всегда нуждаются в работниках. Затем тебе будет сообщено имя человека, с которым ты будешь поддерживать связь.

Виллему удивленно воскликнула:

– В Ромерике тоже есть ваши сторонники?

Она смогла увидеть, что он улыбнулся, серьезно и натянуто.

– На всей территории восточной Норвегии, фрекен Виллему. Сопротивление датскому владычеству гораздо больше, чем кто-либо предполагает.

– Но почему именно сейчас? Или сопротивление было всегда?

– Более или менее. Но сейчас у нас есть Ульрик Фредерик Гюльденлеве, незаконнорожденный сын Фредерика III, наместник датского престола в Норвегии. Мы видим в нем образ, за который стоит бороться как за будущего нашего короля. Он, естественно, ничего об этом не знает, но я не думаю, что он откажется.

– А благословение отца он получит?

Предводитель улыбнулся:

– Как вы отстали от времени, фрекен Виллему.

Его отец умер. На троне сейчас Кристиан IV, сводный брат Гюльденлеве. А что он скажет – мы спрашивать не собираемся. Если Гюльденлеве откажется, мы посадим на трон коренного норвежца.

Он произнес эти слова с убежденностью, и она поняла, что такой человек у них уже есть.

Пока солнце с трудом вылезало из-за горизонта, Эльдар и Виллему, спускаясь по покрытым инеем склонам гор, спешили добраться до Муберга… Они шли молча, разговаривать им было почти не о чем.

Голова Виллему была заполнена мыслями о том, что ее ожидало в будущем.

Но все, что произошло с ней, не так легко забыть. Спускаясь с горы, она испытывала стыд и отчаяние. Каждый шаг отзывался в ее теле пронизывающей болью.

Она чувствовала, что не может больше думать обо всем, что случилось с ней по ее же вине, о шоке, о боли, которые довелось ей пережить.

Нужно думать только о будущем.