Вход не с той стороны

Старик навещал нас каждый вечер.

Инга еще в первый день после выхода на работу привезла сто тысяч ливров, наш гонорар, и еще пятьдесят тысяч, которые она умудрилась списать под эту операцию. Потом положила еще одну пачку денег на кровать.

– Это… это мои личные деньги. Здесь немного. Всего двадцать восемь тысяч… я… я бы очень хотела быть с вами всегда. Это мой вклад в семейный бюджет. Возьмите меня к себе.

Я не знал, что сказать. Просто тупо сидел на кровати и смотрел на Ингу.

Герда, как всегда, оказалась сообразительней.

Она обняла Ингу, и они вместе немного поплакали. Потом Герда так на меня глянула, что я поспешил присоединиться к ним, плакать не стал, но шептал девушкам всякие глупые слова.

– Чего ревете… все же хорошо… я люблю вас… хватит, в конце концов.

– Дурак. Ты ничего не понимаешь. Целуй нас…

– Дурак. Мог бы сам догадаться и пригласить меня в жены… а так я напросилась…

– Но я же… не успел я, и вообще прекратите. Если я… гм… муж, то вы должны меня слушаться.

Я начал понимать, что песенка из кинофильма «Кавказская пленница» – «Если б я был султан…» – имеет под собой глубокий философский подтекст и реальный житейский опыт автора.

Но, как бы то ни было, это свершилось, и мы втроем счастливы.

В самых смелых своих мечтах я не мог и представить, что жизнь моя настолько изменится. У меня есть все, о чем я мечтал: две красавицы жены, кстати, изыскивавшие возможность узаконить наш брак и даже советовавшиеся по этому вопросу с графиней, деньги, приключения и много всего, чего я был лишен в старом мире.

Я реально счастлив и каждое утро, вставая, благодарю бога за свое счастье.

Случилось еще одно, очень важное событие. Мы признались Инге, откуда взялись на Асгарде. Она не хотела верить, смеялась и говорила, что мы ее разыгрываем. Пришлось оперировать фактами. Она поверила, долго возмущалась и засобиралась уходить из Капитула. Мы еле ее отговорили.

Пленных лазутчиков мы еще раз подробно опросили и отдали в руки правосудия. Как и планировалось, четверых повесили на центральной площади, четверых расстреляли индийцы.

Остальные исчезли. Но я знаю, что они поступили в распоряжение круга отцов города и их принесли в жертву. И меня это абсолютно не шокирует, ничего не поделаешь – местные обычаи. Со своим уставом в чужой монастырь не ходят.

Начальство Инги сравнительно долго не реагировало на ее достижения, хотя эффект от операции превзошел все ожидания – мы практически парализовали действия повстанцев в нашем регионе.