– Кстати, ваши документы, – потребовал Селезнев.
Внимательно изучив Костин паспорт, он кивнул Аникиной:
– Ну и что вы там нашли?
Он, разумеется, не забыл о «племяннице» с Фурщтатской и теперь, быстро смекнув, в чем дело, с тревогой поглядывал на Сорокина Константина Григорьевича, которому удалось уломать такую тертую тетку.
«Смотри, а на вид не скажешь, – размышлял он, – я бы сказал – лопух лопухом. Как бы неприятностей не было…»
– Нашла паспорт, – сухо сказала Аникина. – Вот он. Хочу написать заявление.
– Чего писать-то? – пожал плечами Селезнев. – Нашла, сдала в милицию, и всего делов. Или охота буквы вспомнить?
– Видите ли, – вступил в разговор Костя, – это паспорт моей пропавшей жены.
И мне очень важно знать – как и при каких обстоятельствах он попал к этой гражданке.
– Заявление о розыске подавали? – деловито спросил Селезнев.
– Заявление о розыске, – ответил Константин, – подавать еще рано. Прошло всего трое суток. Так мне сказали.
– Верно, – кивнул Селезнев, – все равно не примут.
Ну, раз ее нет в розыске, то какой смысл писать заявление? – Он пожал плечами и повернулся к Аникиной:
– Ну и где ты его нашла?
– Да тут, на вокзале, – бодро ответила уборщица, – валялся на путях. Я из вагона спускалась, смотрю – что-то красное. Нагнулась – паспорт.
– И когда это было?
– Вчера утром.
– Вы же говорили, что нашли ваши друзья, – не отставал Костя.
– Ну я не одна была, с другом. Он первый заметил, – нашлась Ангелина Степановна.
– Ладно, это не суть, – отрезал Селезнев.
– Нашли паспорт, сдали. Ваша жена потеряла, вы получили. Инцидент исчерпан.
Аникина протянула паспорт. Селезнев автоматически открыл его сначала на третьей странице, а потом на четырнадцатой, чтобы проверить прописку.
Паспорт был выдан на имя Марины Александровны Сорокиной. После этого для порядка взглянул на фотографию. Симпатичное лицо, пушистые, очень светлые волосы… Совсем недавно он где-то видел похожие… Капитан снова взглянул на Костю, затем на уборщицу и снова вгляделся в фотографию.
Он работал в милиции не один год и был опытным оперативником. Показалось или…
Он снова посмотрел на Аникину. Как-то эти светлые волосы связаны с уборщицей в оранжевой куртке. Что же это было… Селезнев наморщил лоб. Ну конечно, убийство в электричке. Он снова взглянул на фотографию.
– Когда пропала ваша жена? – серьезно спросил капитан.
– В среду двадцать второго октября, – ответил Костя.
– Так… – Капитан Селезнев снова задумался.
