Владычица Эббона

– Не надо ничего заглаживать, – отчаянно пытаюсь я удержать оборонные укрепления. – То, что случилось сегодня… Я действительно не просчитала все последствия. Поддалась…

Он внезапно накрывает пальцем мои губы, прерывая на полуслове.

– Я не должен был разговаривать с тобой таким тоном, да ещё при Сандере. Признаю, что повёл себя излишне резко и грубо, Талли. Прости за это. Ты очень много значишь для меня, девочка. Я не хочу тебя потерять, – произносит он, прислоняясь своим лбом к моему, и каждым словом пробивая новую брешь в возведённой мною стене.

– Я должен был учесть, как сильно ты переутомляешься сейчас, и насколько поменялась твоя жизнь за этот месяц. Я искренне восхищён тем, как ты справляешься. И очень хочу помочь тебе. Позволишь?

– Ты и так помогаешь, – ворчу растерянно. Таким Синна я ещё не видела, и такому ему сопротивляться… почти невозможно. – Как советник и безопасник.

– Я хочу большего, Талли, – скупо улыбается он.

Гладит меня по спине, проводя ладонью между лопаток, прижимает к себе так… нежно. Целует брови, веки, виски… – Я хочу радовать тебя. Хочу видеть твои улыбки. Хочу воплощать твои желания. Защищать и оберегать. Лелеять. Нежно. Позволь.

Последнюю фразу Синн выдыхает мне в полураскрытые губы. И кажется, что моё влюблённое сердце сейчас выпрыгнет из груди, так сильно оно колотится, замирая от каждого его слова.

– Позволь ухаживать и заботиться, – шепчет так сладко и многообещающе.

– Позволь мне развеять твои страхи и сомнения, показать, что этого притяжения между нами не нужно бояться. Что мы созданы друг для друга.

Разум вопит, что нужно сопротивляться этому наваждению. Что, даже будь он моей истинной парой, я всё равно по долгу крови должна думать прежде всего о своём народе и королевстве. Что мне нельзя поддаваться. Что это может быть игра. Что потом будет больно. Разум ещё много о чём напоминает, пытаясь усмирить тщетно подавляемые чувства.

А губы сами собой открываются принимая от желанного мужчины такой долгожданный поцелуй.

Его страсть обжигает, его голод рождает в моём теле ответную жажду, стягивая узлом низ живота и превращая кровь в жидкое пламя. Его нежность плавит моё сердце, опутывает душу сладкими путами, стирая горечь сомнений. В его руках я вновь забываю обо всём, растворяясь в своих запретных чувствах.