Владычица Эббона

Нежная властная ласка мужских губ, желанный плен его объятий, твёрдость мощного тела, прижатого ко мне… а больше всего моя собственная тяга к нему единственному, всё это пьянит до дрожи и подгибающихся коленей, до ощущения невесомого парения, до щекочущего чувства в животе, и замирающего сердца.

И, когда Синн внезапно подхватывает меня на руки, решительно шагает к кровати и опускает на неё, не прекращая целовать, выпивая моё дыхание и волю, я не могу вспомнить ни одной причины отказать себе в желании быть в его руках, целовать в ответ, наслаждаться каждой секундой рядом, верить, что он действительно может быть моим, а я его.

И вот уже мужские губы прижимаются к моей шее, и под моими веками пляшут искры, а из горла вырывается гортанный стон. Голова сама собой запрокидывается, открывая ему больше доступа, тело выгибается, прижимаясь к мужчине, бесстыже выпрашивая ласку. Боги, как же хорошо и сладко. И так хочется большего… хочется почувствовать его тяжесть на себе… хочется его рук везде… хочется заполнить гложущую изнутри пустоту.

Я зарываюсь пальцами в тёмные волосы Синна, притягивая его ещё ближе, позволяя осыпать поцелуями мою грудь, не прикрытую больше невесть когда расстёгнутой рубашкой. Или разорванной… или вспоротой когтями… к бесам… мне на всё плевать, кроме порочной ласки горячего рта на ноющих вершинках моей груди, кроме обжигающего смущением но безумно сладкого прикосновения его ладони к моему обнажённому животу. И незнакомого тянущего и пульсирующего чувства в самом сокровенном месте.

Мне одновременно хочется и раскрыться, позволяя касаться и трогать там, где не касался ещё ни один мужчина, и сжать ноги, избегая слишком откровенной ласки. Я замираю, едва дыша… его пальцы сдвигаются ниже, проникая под пояс моих штанов, гладят нежно, сводя с ума, вызывая почти болезненную потребность. И этим пугают. Слишком уж необратимым кажется то, к чему подводят меня собственные желания… слишком близко толкают они меня к тому, чтобы уступить окончательно, полностью отдаться ему… а я не готова.

– Синн… – его имя срывается с моих губ прерывистым стоном, мои пальцы впиваются в широкие плечи. Он прикусывает мою кожу, заставляя почти забыть о том, почему я хочу остановить это чувственное безумие. – Остановись…  

– Тш-ш-ш, не бойся, моя сладкая. Ничего не будет, пока ты сама не захочешь… я просто хочу тебя ласкать… прикасаться… целовать… я не возьму большего… – его голос звучит низко, как вибрирующее рычание, посылая по коже толпу взбудораженных мурашек.