Владычный полк

Когда татары, подписав документы, вышли, подьячий спросил:

– Я татарский язык знаю. Ты хорошо толмачил, ни слова не упустил. И суть не исказил.

– Спасибо за доброе слово.

А на третий день и вовсе неожиданное случилось. Андрей трудился, переводя с английского торговые грамоты – послабления для купцов английских. Неожиданно поднялась суматоха. Он невольно оторвался от работы и увидел: из дверей в Посольскую избу вошел сам царь в окружении свиты.

Подьячие согнулись в дугу. Андрей тоже поднялся из-за стола и поклонился.

Встреть он царя на улице и без свиты – не узнал бы. Одет Иоанн был в монашеский подрясник, на голове – черный клобук, в левой руке – посох, правда, непростой, каменьями самоцветными навершие украшено. Такое монаху не по карману будет.

Выглядел Иоанн высохшим, аскетичным, по коже – коричневые пятна, как у старика. Взгляд из-под насупленных бровей пронзительный, борода седая, как и волосы на голове, выбивающиеся из-под клобука.

Ни слова не молвив, Иоанн проследовал в комнату думного дьяка.

За ним – многочисленная свита, все – опричники.

«Эх, сейчас бы пистолет! – с тоской подумал Андрей. – Один точный выстрел – и история Руси по-другому пошла!» Но история не знает сослагательного наклонения.

– Ты чего соляным столбом застыл? – спросил его толмач из-за соседнего стола. – Царя-батюшку в первый раз видишь?

– В первый. – Андрей сел.

– Коли в переговорах толмачить возьмут с послами иностранными, за плечом его стоять будешь – даже ближе, чем я от тебя.

– На ушко Иоанну Васильевичу все говорить будешь.

То честь великая, не каждому дозволено рядом стоять.

Андрей про себя сделал вывод. Стилет надо купить и носить его скрытно. Кинжал лезвие тонкое имеет, в одежде спрятать можно. Вот только успеет ли вытащить? Охрана из опричников и сегодня по сторонам глазами злобно зыркала, всех в злом умысле подозревая.

После службы Андрей пошел на постоялый двор – поесть, а потом направился на съемное жилье. Снял ему Егор комнату в доме белошвейки. Всем комната удобна: и в центре – два квартала от Кремля, и улицы мощены, и об отоплении заботиться не надо.

Но дороговата – алтын в месяц. Так ведь центр, до службы четверть часа неспешным ходом.

Одно сейчас Андрея не устраивало – с Егором видеться редко будет. А при лавке – Леонтий. Если понадобился срочно – окончания службы ждать надо.

Прошла неделя, вторая. Пока к важным документам Андрея не подпускали, видимо, приглядывались.

Служба его закончилась внезапно.