Владыка башни

Если ставка выглядит слишком большой, ваши противники решат, что вам выпала хорошая рука, если слишком маленькой — подумают, что вы блефуете. Я сыграл там, должно быть, не меньше тысячи раз и приобрел, сказать честно, порядочное состояние. К сожалению, в итоге никто больше не соглашался садиться со мной за карточный стол, так что мне пришлось искать иных развлечений.

— Ну и какую же ставку вы собираетесь сделать теперь? — спросила Велисс.

— Название пикет происходит от особенной руки: владыка мечей и пять карт ратной масти.

Если даже у другого игрока имеются более старшие карты, руку с пикетом ему не перебить. — Он подошел к Велисс и обнял ее.

Рива заметила, как побелели костяшки пальцев госпожи, вцепившейся в его мундир.

— Я собираюсь поставить все, что у меня есть, госпожа, — продолжил лорд Мустор, — ибо я подозреваю, что в основании нашей колоды лежит владыка мечей.

* * *Командующий алльторской городской гвардией был высоким, молодцеватым мужчиной в сияющем нагруднике и со щегольскими седыми усиками.

За его спиной навытяжку стояло каре из шестисот гвардейцев: все, как и их командир, в безукоризненно начищенных доспехах. Рядом выстроилась личная гвардия владыки фьефа: чуть больше четырех сотен парней, каждый шести футов ростом, как того требовала традиция. «Всего тысяча воинов для защиты целого города, — думала Рива, глядя на дядю, забиравшегося на запятки кареты. — Явно недостаточно».

Хотя драться ей приходилось немало, ни одной настоящей баталии она еще не видела, так что ее мрачная оценка основывалась не на личном опыте, а на рассказе кавалериста, оставлявшем мало места для оптимизма.

Сбор был объявлен час назад. Воины столпились на плацу перед казармой. По городу уже поползли слухи. Появление у ворот раненого всадника было достаточно заметным событием, и многие из гвардейцев заподозрили надвигающуюся беду. Но на лицах мужчин было лишь суровое смирение опытных солдат. Сильный ветер гнал пыль, трепал флаги и плащи, и владыке фьефа пришлось кричать, чтобы его услышали.

— К нам пришла война, — возвестил он. — Нежданная и несправедливая, принесенная на нашу землю подлейшими злодеями из всех, которые когда-либо рождались на свет. Я не требую от вас верности и ни к чему не призываю. Одно скажу: либо вы, не дрогнув, сразитесь со злом, либо умрете, если повезет. Потому что если не повезет — вы превратитесь в рабов. Других даров наши враги не припасли. Даю вам увольнительную на один день.