Владыка башни

— Не думаю, что это дело рук воларцев, — ответил Ваэлин. — Видимо, владыка Кумбраэля решил не дать захватчикам извлечь ни зернышка из его земли. И это, кстати, объясняет злобу воларцев по отношению к кумбраэльцам.

Вечером на глаза им попалось ужасающее зрелище. С высокого тиса свисали тела десяти повешенных с выколотыми глазами и вырезанными языками. Большой и указательный пальцы на их руках были отрублены и засунуты в рот. Ваэлин заметил, как Алорнис побледнела и покачнулась в седле.

— Мы о них позаботимся, — сказал он, погладив ее по руке.

 — А ты давай, поезжай дальше.

— Хорошо, — ответила Алорнис, спешиваясь и доставая из седельной сумки пергамент и уголек. — Сейчас уеду, только погодите немного, не трогайте тут ничего. — На негнущихся ногах она подошла к ближайшему пню, присела и принялась рисовать, внимательно поглядывая на повешенных.

— Наверняка лучники, — заметил Норта. — Ежели судить по отрезанным пальцам. Помнится, наши в Мартише тоже делали нечто подобное.

Алорнис то и дело смахивала слезы, набегавшие на глаза всякий раз, когда она переводила взгляд с повешенных на пергамент, где уже обозначился рисунок.

Закончив, она вся сжалась, тихо всхлипывая. Дарена подошла к ней. Ваэлин услышал, как Алорнис прошептала:

— Люди должны об этом узнать, они должны запомнить…

* * *Городок носил название Две Протоки, в честь двух рукавов реки, огибавших его с двух сторон. Как-то раз, еще до альпиранской войны, Ваэлин проходил здесь с Бегущими Волками во время экспедиции по уничтожению религиозных фанатиков.

Тогда это было шумное место, виноделы и купцы до хрипоты спорили о цене на молодое вино, а горожане если и посматривали на пришельцев, то куда менее враждебно, чем большинство кумбраэльцев. Их священник оказался добродушным румяным пузаном, он тут же предложил Ваэлину помолиться за Отца, а при чтении из девятой книги не выпускал из рук чаши с вином.

Теперь от его церкви остались одни руины, а от священника — если, конечно, это был он — обгорелые кости, видневшиеся из-под обломков.

Сеорда при виде окружающего ужаса застыли посреди улицы — скорее озадаченные, нежели возмущенные. Судя по остаткам баррикад, протянувшихся между домами, город не так легко достался врагу. К тому же река послужила им дополнительной защитой. Судя по всему, воларцам потребовалось несколько дней, чтобы взять город, — в доме бургомистра лежали тела, на гниющей плоти которых сохранились бинты. «Они сражались достаточно долго, чтобы лечить своих раненых», — заключил Ваэлин.