Властелин Колец: Две Крепости

Враг чуть не обнаружил его, но все же его удалось скрыть. Я принял в этом участие — я сидел на высоком месте и схватился с башней Тьмы, и Тень отошла. Но я тогда устал, очень устал; и я долго бродил с темными мыслями.

— Значит, вы знаете о Фродо! — обрадовался Гимли. — Как его дела?

— Не могу сказать. Он спасся от большой опасности, но еще большие опасности ждут его впереди. Он решил в одиночестве отправиться в Мордор и двинулся в путь. Это все, что я могу сказать.

— Не один, — уточнил Леголас. — Мы думаем, что Сэм пошел с ним.

— Неужели? — удивился Гэндальф, и глаза его блеснули. — Это для меня новость, хотя она меня и не удивляет. Хорошо! Очень хорошо! Вы облегчили мое сердце. Расскажите мне больше. Садитесь и расскажите мне о своем путешествии.

Товарищи сели на землю у его ног, и Арагорн начал рассказ. Долгое время Гэндальф ничего не говорил и не задавал никаких вопросов. Он уперся в колени руками и закрыл глаза. Наконец, когда Арагорн заговорил о смерти Боромира и о его последнем путешествии по Великой реке, старик вздохнул.

— Вы рассказали не все, что знаете и о чем догадываетесь, Арагорн, — спокойно произнес он. — Бедный Боромир! Я успел заметить, что происходит с ним. Печальное путешествие для такого человека, воина и Повелителя людей. Галадриэль рассказала мне, что он находится в опасности. В конце концов он избежал ее. Я рад. Не напрасно пошли с нами молодые хоббиты, хотя бы из-за Боромира. Но это не единственная роль, которую они сыграли.

Их привели в Фангорн, и их приход был подобен падению маленького камня, которое вызывает лавину в горах. Даже сейчас, когда мы говорим, я слышу этот грохот. Саруману лучше не выходить из дому, когда прорвет дамбу!

— В одном вы не изменились, дорогой наш друг, — сказал Арагорн, — вы по-прежнему говорите загадками.

— Что? Загадками? — переспросил Гэндальф. — Нет! Просто я разговаривал сам с собой. Старая привычка: выбирать самого мудрого из всех присутствующих для разговора, — длинные объяснения, необходимые для молодых, утомительны.

 — Он засмеялся, но теперь смех его звучал тепло и доброжелательно, как сверкание солнечного луча.

— Я немолод даже по счету людей из Древних домов, — сказал Арагорн. — Не откроете ли вы более ясно мне свой разум?

— Что мне сказать? — вздохнул Гэндальф и помолчал, задумавшись. — Вот вкратце как я представляю себе положение вещей в данный момент, если вы хотите узнать мои мысли, насколько это возможно.