Властелин Колец: Две Крепости

Благодаря всадникам Рохана ни единого слова о битве не проникнет в Мордор; но Властелин Тьмы знает, что два хоббита были захвачены в Эмин-Муиле и отвезены в Изенгард вопреки сопротивлению его слуг. Теперь он должен опасаться и Минас-Тирита, и Изенгарда. Если Минас-Тирит падет, враг обрушится на Изенгард.

— Жаль, что наши друзья находятся между ними, — сказал Гимли. — Если бы Изенгард стоял бок о бок с Мордором, они бы сражались друг с другом, а мы смотрели бы и ждали.

— Победитель стал бы очень силен и освободился бы от сомнений, — возразил Гэндальф.

 — Но Изенгард не может бороться с Мордором, пока Саруман сам не завладел Кольцом. А теперь он никогда не добьется этого. Он еще не знает о грозящей ему опасности. Он многого не знает. Он так хотел быстро захватить добычу, что не мог ждать дома и вышел навстречу своим слугам. Но он явился слишком поздно — битва была уже закончена, и он ничем не мог помочь своим прислужникам. Я заглянул в его разум и увидел там сомнение. Саруман не знает Леса и не умеет читать следы. Он думает, что Всадники убили и сожгли на поле битвы всех орков, но не знает, были ли у орков пленники. Он не знает о ссоре между своими слугами и орками из Мордора. Не знает он и о крылатом посланце.

— Крылатый посланец! — воскликнул Леголас. — Я стрелял в него из лука Галадриэли у Сарн-Гебира и сбил его с неба. Он вселил в нас страх. Кто он?

— Он тот, кого нельзя убить стрелой, — ответил Гэндальф. — Вы лишь убили его коня. Это было доброе дело, но Всадник вскоре снова сел на коня. Потому что он назгул, один из Девятерых, которые сейчас ездят на крылатых конях.

Вскоре ужас перед ними одолеет последние армии наших друзей, закрыв от них солнце. Но им не позволено было пересекать Реку, и Саруман не знает о новой форме, которую приняли Призраки Кольца. Участвовало ли оно в битве? Было ли оно найдено? Что, если Теоден, Повелитель Марки, придет и узнает о его власти? Он видит эту опасность, поэтому он вернулся в Изенгард, чтобы удвоить и утроить свои силы против Рохана. Но рядом с ним все время находится другая опасность, которую он не видит, занятый своими планами. Он забыл о Древобраде.

— Теперь вы снова говорите с собой, — заметил Арагорн с улыбкой. — Древобрада я не знаю. И я догадываюсь лишь о части планов Сарумана, но я не вижу, какую пользу принесло бы ему пребывание в Изенгарде двух хоббитов, не считая того, что это похищение заставило нас потратить время и силы на долгую и бесполезную погоню.

— Подождите минуту! — воскликнул Гимли.