Порылась в комоде, нашла гору чужих чистых сорочек и одну собственную, которую мне полгода назад дарила Алисса. Ее и надела.
Придирчиво распотрошила шкатулку с украшениями. Кроме маминого кулона и сережек, подаренных в детстве отцом, все прочие были мне незнакомы. Обнаружила семейный альбом, который начинался с фотографии моих молодых родителей…
Чепуха какая-то. Вроде моя жизнь, а вроде и не моя. Так и с ума сойти недолго!
– Велисофья… – оставляя на полу грязь от сапог, в спальню вошел Адам.
Улыбнулся вполне дружелюбно, найдя меня на постели в скромной ночнушке Лиссы. – Прости, что вспылил. Я сегодня весь день не в духе и раздражаюсь по пустякам. Грег мне все объяснил.
– Все? – закашлялась, прижимая к себе подушку.
Адам ведь не собирается спать тут? Тогда зачем снимает обувь?
– О твоей деликатной проблеме, в которой ты боялась мне признаться. Теперь понятно, почему ты была сама не своя за ужином, – присел на кровать. – Но в следующий раз за лечением можешь обращаться ко мне.
Я уже тоже сир и вполне способен избавить жену от острого приступа магрени.
– Ах, это…
Голова по возвращении в Тарлин и впрямь вернулась к обычному раскалывающемуся состоянию, словно весь дом завесили артефактами. Но это, верно, из-за толпы гостей внизу. Я помнила, что был дождь и всех пригласили внутрь… Или тут не приглашали?
– У тебя правда путается сознание? – недоверчиво прищурился жених. Практически бывший, но пока об этом не знающий.
– Раньше такого вроде не случалось?
Раньше я и чужой женой без всякой свадьбы не оказывалась!
– Адам, я…
– Ладно, к гхаррам. Вернемся к тому, на чем остановились той ночью… – ухмыльнулся парень и принялся стягивать с себя рубашку. Варх побери!
– Какой ночью? – нервно сглотнула.
– Когда меня так некстати вызвали на фабрику. Эти разрывы вечно не по расписанию, – рассмеялся Адам и встал передо мной, обнаженный по пояс. Ну… приехали.
– Я не хочу, – заявила сразу, максимально твердо.
– Ты моя жена, – напомнил… муж? Боги, боги!
– Прости, я неважно себя чувствую, – сменила тон на ласковый, потому что мне совсем не понравилось, как вспыхнули серые глаза. Зло они вспыхнули, опасно. – Магрень так и не прошла. И все тело ноет. Чувство, будто две недели босиком по обрывам лазила и по полям скакала…
– Выдумщица! – фыркнул Адам, выдергивая из брюк ремень.
Я резво вскочила с постели и отбежала к окну.
