Сам он переоделся, оставив не себе лишь домашние штаны.
— Тогда я, наверное, лучше домой. Вы… ты тоже устал.
— Именно поэтому я прошу тебя остаться со мной. С нами, — указал он многозначительным взглядом на Тимку.
— Запрещенный приём, — улыбнувшись, смущенно опустила взгляд. — Тогда я в душ.
Взяла вещи и ушла в ванную комнату. Под струями горячей воды позволила себе расслабиться, закрыть глаза и на время забыть обо всём. Я была выжата как лимон. Казалось, что этот вечер был бесконечен и не оставил внутри меня ничего, кроме усталости и пустоты, но вместе с тем я чувствовала себя как-то иначе.
Будто свободнее.
Собрала с волос влагу и надела предложенную мне Мироном одежду. С облегчением утонула в футболке и потуже завязала пояс спортивных штанов.
Едва слышно подошла к Тимкиной комнате. Остановившись на пороге, подперла плечом дверной косяк.
Тимка уже спал — счастливый человек. Я бы тоже не отказалась вот так просто взять и выключиться, не зная забот и тревог.
Мирон сидел на стуле рядом с кроваткой сына и не замечал моего присутствия.
Держась одной рукой за борт кроватки, он смотрел в пол и с хмурым лицом о чем-то думал.
Тихо к нему подошла и встала между широко расставленными ногами. Мирон отмер и поднял на меня взгляд.
— Тебе тоже нужно отдохнуть, — шепнула я и слегка взъерошила его волосы у лба, отчего мужчина прикрыл глаза и глубоко вдохнул.
— Май, — произнес он с легкой хрипотцой. — Я не имею права настаивать или заставлять, но тебе нужна помощь специалиста. Твои обмороки… Сегодня ты совершила невероятное, но с этим, всё равно, нужно что-то делать.
— Хорошо.
— Я нашёл лучше специалиста. От тебя требуется только согласие.
— Я же сказала — хорошо, — повторила я и обхватила ладонями щеки. В серых глазах не сразу, но появилось осознание того, что я только что сказала.
— Так просто?
— Ну, да. А что?
— Я был уверен, что придется спорить и убеждать.
— Я сегодня чуть с ума не сошла, Мирон. Страшно представить, что было бы с Тимкой, если бы я потеряла сознание.
А если бы с ним что-то случилось? Я бы себе этого не простила. Так что, да, я буду ходить к психологу и любому другому специалисту столько, сколько будет нужно.
Мирон шумно выдохнул, прикрыл глаза и, притянув меня к себе, уткнулся лицом в живот и крепко обнял бёдра.
— Прости меня, — шепнул он.
— За что? — непонимающе нахмурилась.
— За то, что ты оказалась во всё это втянута.
— Ты не виноват. Всё хорошо, — обхватила руками его голову и уткнулась носом в макушку.
