Под строгим взглядом молча пристегнулась.
— Запиши свой номер, — подал мне Мирон Александрович свой телефон, на заставке которого был еще совсем маленький Тима.
— Хорошо, — быстро внесла свой номер в контакты. Хотела было подписать себя по имени, но потом сообразила, что по фамилии он меня знает лучше. С его номера позвонила на свой телефон, чтобы тоже внести его контакт себе. — Всё. Держите.
Дядя-демон молча принял свой телефон и оставил его на панели. В салоне машины было тихо, не играла даже музыка. В молчании мы влились в городской поток и проехали так несколько улиц, пока я молча смотрела в боковое окно.
— Что-то случилось? — вдруг спросил Мирон Александрович.
— Нет. Почему вы так решили? — повернулась я, чтобы взглянуть на его профиль.
— Ты молчишь. Это странно. Обычно в кафе в твою смену я слышу только твой треп.
— Просто я общительная, — повела я плечами и снова отвернулась к окну.
— А сейчас что с общительностью?
— Ничего. Просто… — прикусила губу, думая, стоит ли рассказывать ему про Настю.
Сама она наотрез отказалась что-либо говорить Егору и кому-либо. Но нужно успокоить хотя бы Мирона Александровича, которого вся эта ситуация с беременностью беспокоила, похоже, ничуть не меньше, чем меня. — Настя не беременна.
— В смысле? — нахмурилась мужчина и в этот раз ненадолго отвлекся от дороги, чтобы с угрозой в серых глазах взглянуть на меня. — Аборт?
— Нет-нет, ни в коем случае, — потрясла я головой. — Просто тот тест… В общем, оказалось, что это был тест не беременность, а на овуляцию.
Мирон Александрович не издал ни звука. Не повернулся ко мне, на его профиле не дрогнул ни один мускул, пока он смотрел прямо перед собой так, будто был в салоне машину совсем один.
Когда я уже не на шутку заволновалась, а не сломался ли он, мужчина глубоко и шумно вдохнул:
— И этим людям законодательно уже разрешено трахаться, — протянул он.
Добавить нечего. Второй раз в жизни я с ним согласна.
Минут через двадцать мы подъехали к новому микрорайону. По крайней мере, об этом кричал рекламный плакат на въезде и еще этому свидетельствовал чистый и яркий вид новых домов.
Миф о бизнесмене Мироне Александровиче развеялся. Я думала, что он живет в шикарном особняке загородом, окруженным высоким забором и шкафоподобными охранниками, а он, оказывается, как и все живет в обычном доме, в обычной квартире.
— Теперь слушай меня очень внимательно, Уральцева, и запоминай, — сказал Дядя-демон, который не спешил покидать машину.
