— Фух! Аж полегчало! А-то я бы не уснула или точно кому-нибудь проболталась бы.
— Вали уже, Уральцева, — не смог сдержать улыбку. Даже головная боль на секунду отступила.
— До завтра, — широко улыбнулась она, и, выйдя из квартиры, мягко прикрыла за собой дверь.
— Красавчик и его папа, — хмыкнул я и чмокнул Тимку в голову, идя с ним в кухню. — Вообще-то, я тоже красавчик, да?
Глава 15
После пар по просьбе Насти заглянула в магазин, чтобы купить хлеб и молоко. До смены в кафе у меня было еще почти два часа отдыха, так что я вполне могла себе позволить неспешный обед (или полдник), а не опрокидывать в себя тарелку, чтобы успеть куда-то.
В квартире оказалось подозрительно тихо. Только вкусно чем-то пахло, свидетельствуя о том, что жизнь здесь всё-таки есть.
Прошла в кухню и оставила молоко и хлеб на столе, за которым с понурым видом сидела Настя, прокручивая в руках полупустую кружку с кофе.
— Чего такая грустная? — спросила я и подошла к плите, на которой стояла кастрюля с только что сваренным супом.
Пахло обалденно. — Опять с кем-то не туда пописала? — бросила я беглый взгляд на подругу и потянулась в верхний ящик над раковиной за тарелками. — Тебе суп наливать?
— Нет. Не хочу, — ответила Настя, едва шевеля языком.
— Почему? У тебя что-то случилось? Рассказывай, Насть, — налила я себе суп и села за стол напротив подруги. — Беременная овуляцией ты мне нравилась больше. Кому втащить в этот раз?
— Мне, — посмотрела она на меня, поджав губы в невеселой улыбке.
— Тебе-то за что?
— Как-то тупо всё получилось, — сошлись ее брови на переносице, когда она вновь опустила взгляд в свою кружку.
— Егор же и правда мог всякое себе надумать из-за этой несуществующей беременности.
— Хочешь с ним помириться? — откусила я корку хлеба прямо от теплой булки, за что получила щелбан в лоб от Насти, которая забрала у меня хлеб и отрезала от него уже надкусанный мной кусок.
— Мириться я с ним не хочу. Хотя думала об этом, но понимаю, что после всего, что он успел наворотить, я вряд ли смогу не представлять его с другими девушками.
Он будет целовать меня, а я буду думать о том, целовал ли он так же другую… или других.
— И что ты хочешь сделать? Стереть ему память? Себе?
— Просто объяснить ситуацию, извиниться и разойтись, если не друзьями, то хорошими знакомыми. Или просто знакомыми, которые не желают друг другу смерти.
— Что-то ты какая-то шибко умная сегодня, — сощурилась я, с подозрением вглядываясь в подругу.
