Влюбленным вход воспрещен!

Плита обрушилась на землю… нет, не на землю! Она обрушилась на девчонку, которая бежала вдоль забора с моей сумкой в руках!

Я вскрикнула, бросилась вперед…

И тут же остановилась как вкопанная.

Делать что-то было уже поздно.

Плита чуть косо лежала поперек тропинки, и из-под нее торчали нелепо вывернутые ноги в драных джинсах и тяжелых раздолбанных ботинках. Все остальное осталось под плитой, раздавленное, сплющенное, как насекомое, прибитое мухобойкой.

– Я не хотела! – проговорила я сквозь зубы.

В мою бедную голову внезапно пришла дикая мысль, что это случилось из-за меня – ведь только что я с ненавистью смотрела на эту девчонку, только что пожелала от всей души, чтобы ее… чтобы ее прихлопнуло.

Вот ее и прихлопнуло.

– Чушь какая!.. – пробормотала я. – Не может быть, чтобы это из-за моих слов…

Но вот ведь она – лежит, придавленная бетонной плитой…

Только что по эту сторону забора не было ни души, кроме нас с этой девчонкой – и вдруг невесть откуда набежала куча народу: работяги в рабочих комбинезонах, какие-то посторонние тетки, одна – с маленькой собачкой на руках, солидный, прилично одетый мужчина…

Все они стояли вокруг упавшей плиты, жадно глазели и обменивались впечатлениями.

Я выловила из лужи вторую туфлю, кое-как обулась и поковыляла вперед, к этой растущей на глазах толпе.

В чем? В том, что она мертва?

Вот уж в этом не было никаких сомнений!

И тут до меня дошло.

Еще там, в маршрутке, она показалось мне похожей на меня саму. И вот теперь меня мучительно тянуло туда, чтобы убедиться, что это не я лежу в грязи, раздавленная бетонной плитой!.. Что другая девушка приняла на себя мою судьбу!

От такой мысли мне стало совсем худо.

Кроме того, я вспомнила, как ужасно выгляжу. В таком виде совсем не хотелось появляться перед другими людьми.

Я свернула за кусты сирени, которые росли по другую сторону тропинки, и подошла немного ближе.

Зеваки стояли чуть в стороне, бурно обсуждая кровавое событие.

– А я всегда говорила, что от этой стройки будут одни неприятности! – вещала худая женщина средних лет с тощим узлом бесцветных волос на затылке.