В тот же день он выбрал семерых актеров и привез их в отцовский дом. А еще ему просто повезло. По пути к Джеймсу он заметил давнего школьного товарища, проезжающего мимо в открытом ландо, и погнался за ним.
Эндрю, а для друзей просто Энди Уиттлби, виконт Марлслоу, учился в одной из школ, которые посещал Джереми, жил с ним в одной комнате и нередко участвовал в проказах, которые вечно затевал Джереми, за что его пару раз исключали из школы. Энди еще в школьные годы доказал, что умеет хранить тайны. Именно по этой причине в той самой школе Джереми продержался дольше, чем в предыдущих.
Энди часто выгораживал его и даже брал на себя его вину. Он был славным малым, всегда готовым прийти на помощь другу.
Среднего роста, светловолосый и кареглазый, Эндрю был бы воплощением атлета, будь он чуть повыше. Как и Джереми, Эндрю по-прежнему вел холостяцкую жизнь. После окончания учебы он удалился в свое поместье, доставшееся по наследству вместе с титулом, и с тех пор Джереми с ним не виделся. Энди старательно управлял поместьем, любил долгие прогулки и игры на свежем воздухе, потому щеголял прекрасным загаром.
После смерти отца ему предстояло унаследовать не только состояние, но и еще один титул, хотя до этого было пока далеко. По всем меркам он мог считаться завидным женихом. Жаль, что Эмили не приметила его.
Выслушав объяснения Джереми, Эндрю согласился солгать ради него. В нем Джереми не сомневался. Эндрю признался, что пару дней назад познакомился с Эмили и уже подумывал поухаживать за ней, пока не услышал слухи о Джереми.
—…И я понял, что я тебе не соперник, Джереми. Об Эмили я сразу решил забыть. Расстроился, конечно. Слишком уж она хороша.
— Так забирай ее себе, если тебе по душе избалованные интриганки и опытные вруньи, готовые рискнуть репутацией, лишь бы добиться своего! Она решила, что я женюсь на ней, а когда поняла, что я к ней равнодушен, начала распускать слухи, поначалу почти безобидные, но вскоре превратившиеся в фарс. Теперь она заявляет, что ждет от меня ребенка, хотя я с ней почти не разговаривал и уж тем более не прикасался!
Эндрю заулыбался и объяснил, в чем дело:
— Такой раньше была моя мать — ну, не совсем, в общих чертах.
Она распускала самые невероятные слухи среди наших соседей, так что они ужасались, приходили в панику, тревожились, а потом дружно хохотали над своей доверчивостью. Но ее сплетки никому не вредили. Просто она обожала фантазировать.
— В этом нет ничего дурного, но… предостережения еще никому не мешали.
