Вначале было слово

Засечем и замочим, — хладнокровно ответил Клим.

Он видел, что состояние хозяина близко к паническому, и решил вселить в него уверенность.

— Смотрите, как бы он нас не замочил, — буркнул Игорь Леонидович.

— Мы теперь знаем, с кем имеем дело, и примем меры. Главное — оставаться в лагере. Лес — его территория, а здесь со своими ножами он против стволов ничего не сделает, — ответил Клим и неожиданно спросил: — Вы жеребьевку будете проводить сегодня вечером или завтра утром?

«Какая на фиг жеребьевка! Ты хоть соображай, что говоришь», — хотел воскликнуть Марципанов, но прикусил язык.

"

"Игорь Леонидович много общался с людьми, стоявшими по ту сторону закона, и хорошо изучил их нравы. Они живут по законам волчьей стаи, беспрекословно подчиняясь сильному вожаку. Но если вожак дает слабину, упускает бразды правления, его участь решена. Там, на Большой земле, хозяин лесокомбината мог игнорировать бандитские законы. Он жил своей жизнью, контактируя с боевиками только по необходимости. Сейчас, находясь с ними бок о бок, Марципанов оказался в зоне действия уголовных понятий.

Он являлся вожаком и не мог допустить откровенных проявлений слабости или трусости. Иначе зарежут. Забудут о том, кем он является на самом деле, и пустят в расход.

— Завтра утром, — твердо заявил Игорь Леонидович.

Но жеребьевка не состоялась. Туша вынудила капитулировать павшего духом Марципанова. В деловых отношениях сумоистка неукоснительно следовала принципу «ты — начальник, я — дурак; я — начальник, ты — дурак».

От Игоря Леонидовича она готова была терпеть оскорбления, незаслуженные упреки. Но когда в твой адрес постоянно отпускает грубые выражения одна из пленниц, этих низших существ, предназначенных на убой, это хуже, чем просто бранные слова, это нарушает основы созданного Тушей мироздания. А Туша могла стерпеть все, кроме покушения на основы. Вечером она достала Марципанова, требуя немедленной сатисфакции. Она даже использовала шантаж, намекнув, что приступит к своей функции палача, лишь рассчитавшись с обидчицей. В другой ситуации Игорь Леонидович дал бы укорот зарвавшейся сумоистке. Но сейчас его больше заботила собственная шкура. Да и спортсменки усвоили уроки — за милую душу кончают друг дружку. Кроме того, Марципанова, обожающего коварные шуточки с летальным исходом, заинтриговал один момент. Туша не знает фамилий пленниц. Скорее всего она не догадывается, кому собирается бросить перчатку. И она не видела освобожденную от боев Демидову в деле.