Со второго года, когда включится механизм привыкания, цены на «суперрелаксан» постепенно начнут расти. К тому времени и драгсторы как раз расползутся по всей России. Розовая мечта любого предпринимателя – замкнутый цикл от добычи сырья до розничной торговли. Мой старый дружок задумал всю страну на «колеса» подсадить. Такой вот у него бизнес-проект.
– Но почему вы не обнародуете результаты своих исследований? – воскликнул Фандорин. – Об этом же нужно кричать, бить в колокола!
Мират Виленович снисходительно улыбнулся:
– Свобода слова, Николай Александрович, это когда один кричит одно, другой противоположное, и кто громче орет, тому больше верят.
Здесь мне за Ясем не угнаться – он начал орать много раньше и преуспел много больше. Нет, в колокол звонить я не буду. Я ведь не звонарь, а хирург. И решу эту проблему как привык – с помощью скальпеля. А вы мне поможете, потому что одна голова хорошо, а две лучше. Ведь поможете?
– Конечно! Если смогу…
– Ну вот и отлично. Работаем. Куценко нажал кнопку интеркома.
– Игорек? Бери Ходкевича и живо ко мне. Тут одну задачку надо порешать.
И минуту спустя начался военный совет, но с участием не двух голов, а четырех. Кроме хозяина дома и Фандорина в совещании приняли участие Игорек, секретарь Мирата Виленовича, и Павел Лукьянович Ходкевич, управляющий усадьбой.
Ситуацию изложил сам Куценко – бесстрастно, кратко, будто в самом деле речь шла о шахматной задачке. По времени эта сводка была раз в шесть короче, чем многословное признание Николаса, а по информативности содержательней, потому что, когда в завершение Мират Виленович спросил:
«Вопросы есть?», таковых у слушателей не оказалось, только управляющий почесал стриженную ежиком макушку и инцестуально выругался.
– Вопросов нет, значит, исходные условия понятны, – констатировал главнокомандующий. – Тогда предложения. Игорек, ты что это рисуешь?
– Схему, Мират Виленович. Сейчас, подождите, пожалуйста, минуточку. Диспозиций без карты не бывает.
Человек-гора говорил мягким, рассудительным голосом мальчика-отличника, плохо сочетавшимся с богатырской статью.
Ах да, он ведь учился в Америке, вспомнил Николас и не удержался, спросил:
– Игорь, а какой университет вы заканчивали?
– Уэст-Пойнт, – ответил секретарь, старательно обводя какие-то детали рисунка красным фломастером. – Вот, прошу.
Все склонились над схемой, изображавшей усадьбу и ее окрестности.
– Предложение сводится к следующему. В четыре ноль ноль «мерседес» и два джипа выезжают из ворот.
