Внук сотника

 – Не знаю, как у тебя это выходит, но я за тобой с самого приезда смотрю. Давай, Корней Агеич, еще по одной?

Выпили, закусили, и Никифор продолжил с того места, на котором прервался:

– Я за тобой с самого приезда смотрю. Все у тебя вроде бы случайно, а только… Не, не бывает таких отроков!

– Мне это уже говорили, – мрачно прокомментировал Мишка. Злость на деда разбирала его не на шутку.

– Правильно говорили! – Никифор косел прямо на глазах, угорское на старые дрожжи шибало по мозгам, как дубиной. – Умный человек говорил! Э-э, а кто говорил?

– О как! Корней Агеич! Ну что у тебя за внук! С князьями не робеет, попов охмуряет, с волхвами водится, купцов вокруг пальца обводит! Ты кого вырастил?

– Пойду я, дядька Никифор.

– Нет, стой! У меня к тебе дело есть! Сейчас мы еще по чарочке, и поговорим!

– А может, сначала поговорим?

– Можно и сначала, но сперва выпьем!

– Корней Агеич! Батюшка! Челом тебе бью и в ноги кланяюсь!

Никифор полез из-за стола, намереваясь подтвердить слова делом.

– Сиди уж! – милостиво разрешил дед. – Чего просить-то хочешь?

– Яви божескую милость, снизойди к нижайшей просьбе…

– Да чего тебе надо-то?

– Заставь век Бога за тебя молить, по гроб жизни…

– Никеша, ты чего, ополоумел?

– Снизойди к нам, сирым и убогим, и обрати взгляд благосклонный…

– Чего просить-то хотел?

– Кхе! Не то, что бы совсем ничего не сказал, но… как-то невнятно.

– Да? Тогда – еще по одной!

– Давай! – Дед с Никифором приняли еще по одной.

– А теперь о деле поговорим, – напомнил Корней.

– Так уже поговорили же! – искренне изумился Никифор.

– Да? А я чего-то не понял. Может, еще раз начнешь?

– Так продуться! Ой, мама моя! Так продуться!

– Это уже было! Дальше давай.

– Челом бью, батюшка Корней…

– Это тоже было, дальше!

– Ага!.. Кхе… Понятно… Михайла, чего он хочет?

– Ха! Ну, внук у тебя, Корней…

– Ну, я не знаю! На тебя не угодишь… Я тебе битый час толкую… Михайла, ты-то хоть согласен?

– Да вы что? Сговорились, что ли?

– Это вы с дедом третий день «сговариваетесь».

– Ой, мама моя, так продуться!

– Кхе! По третьему кругу пошел. Вот, Михайла, гляди, что с человеком вино делает! Еще и бочку не допили, а уже… это… Ну, сам видишь. Знаешь, Андрюха, – дед повернулся к Немому, – он мне утром толковал, что ты вчера с нами не пил, а уходил куда-то. Совсем ничего не помнит! Эх, молодежь…

– Ступай, внучок, незачем тебе на это непотребство глядеть.