Во власти Деспота

Я не успеваю возразить, как Мариб, продолжая невозмутимо тянуть вниз резинку моих штанов, грубой силой гася мое сопротивление, присаживается на корточки, помогая полностью освободиться от одежды.

– Обувь тоже мокрая. Снимаем!

А я как будто не чувствую!

Хотя… кроме его горячих уверенных прикосновений я действительно уже мало что чувствую…

Немного покачиваюсь на слабых ногах и неосознанно облокачиваюсь о его крепкие плечи.

Он притягивает к себе вплотную, и его напряженное дыхание обжигает живот. Мне кажется, я только что согрелась.

И даже чересчур.

Мариб помогает мне стянуть ботинки, и теперь я стою перед ним в одном белье. Внутри все трепещет от неловкости, и щеки краснеют. Я пытаюсь отодвинуться, легонько, просто дать ему понять, что пора уже нам идти, но…

Внезапно я чувствую, как мужчина перехватывает меня под коленями, притягивает к себе и…

Утыкается носом в живот, а я замираю в его руках. Дыхание Мариба такое напряженное и тяжелое, что я отчетливо слышу его в ночной тишине.

Я уже вся горю и вновь теряю равновесие.

Щекотно от его жесткой бороды. Мимолетно улыбаюсь, но тут же тихо вскрикиваю, впиваясь в его плечи пальцами, и подаюсь вперёд, потому что меня обдает жаром: Мариб прикасается губами к кромке трусиков, лаская кожу чуть выше.

В легких мгновенно заканчивается запас кислорода. Меня словно током бьет: мужчина проводит языком вокруг пупка, а у меня будто сметает внутренние барьеры, и волны томного напряжения укрывают с головой, устилая низ живота тягучим теплом.

С губ срывается дрожащий стон, но проблеск сознания уже мерцает ярким напоминанием: это нужно немедленно прекратить!

– Нам же ехать пора, Мариб! – надрывный панический крик усердно разрывает ночную беззаботную тишину.

Стараюсь оттолкнуть мужчину, но он ещё крепче обхватывает мои ноги, не поддаётся, только лишь опускает голову, упираясь макушкой в живот. Я не вижу лица Мариба, но мне отчего-то кажется, что он плотно сжимает губы и челюсти.

– Едем, – я чуть не падаю от того, как он неожиданно расцепляет руки и отдаляется.

А я отворачиваюсь и прикрываю ладонями грудь.

Его голос сух и безэмоционален. Как будто он мысленно поставил между нами заслонку, отстраняясь.

– Я отнесу тебя в машину, – я резко вскидываюсь, стараясь не паниковать, и тут спиной чувствую тёплое прикосновение.

– Не надо! – отпрыгиваю в сторону, полуоборачиваясь. – Я сама дойду!

– Извини, я напугал тебя. Я… – ну зачем он так смотрит, будто душу пронзает! – Я не хотел. Это больше не повторится.