Люблю так, как никто в этой жизни никогда тебя не полюбит. Как и не снилось этому литературному профессору. Как не снилось никому из присутствующих в этой аудитории.
— И что, Вацлав? Что? Что дальше? — негромко спросила она, пытаясь не показать, как неожиданно больно ее ударила новость о том, что Торстон Горанов — лишь охотник за деньгами ее отца.
— Я возвращаюсь домой, в Догму, — проговорил он, глядя на девушку сверху вниз своими спокойными серыми глазами. — И ты, Джина, едешь вместе со мной.
— Что за чертов бред? — Джин засмеялась, оглядываясь по сторонам, но смех застревал в горле, потому что во взглядах окружающих вампиров ей почудилась обреченность.
— Ты не можешь просто так взять и увезти меня без моего на то согласия, псих! Это похищение, слышишь, ненормальный, мать твою?
— Могу, — Кнедл мягко притронулся к ее подбородку, а затем в его руках тускло блеснули стальные браслеты, соединенные между собой толстой цепочкой.
Она попыталась вскочить, но Вацлав сладил с Джин неожиданно легко и просто, как девушка не пыталась вырваться.
— Не сопротивляйся ему, Джинни, просто делай, что говорит! — сквозь зубы процедила Надин Делиль. — Этот придурошный нас всех тут перестреляет!
— Вы что, совсем с ума сошли? — воскликнула Джина, не в силах отвести пораженного взгляда от наручников на своих запястьях. — Помогите мне кто-нибудь, черти вас раздери! Остановите его! Он не может просто так, у всех на глазах меня увезти! Торстон!"
"Но никто и с места не двинулся, а замявшийся Горанов и вовсе, отведя взгляд, промямлил:
— Сейчас тебе действительно лучше пойти с Кнедлом, Джина… Я уверен, что далеко он тебя не увезет, мы с сиятельным князем обязательно остановим его…
Джина ушам своим поверить не могла, но Горанов смотрел растерянно и жалко, пока Вацлав не отрезал его от нее, закрыв дверь аудитории на замок.
— Тебе самой не противно от того, кого ты мне предпочла? — спросил он, быстро ведя ее по коридорам и переходам академии.
Так как шла пара, по пути им не попалось ни единой живой души — он отлично выбрал время и какая-то дьявольская, нехорошая удача ему сопутствовала. Джин не могла поверить в реальность происходящего, и осознала это, только когда оказалась на переднем сиденье подержанного серого внедорожника.
— Этот тарантас заглохнет где-нибудь по дороге! — бросила она Вацлаву, который сел за руль, пытаясь за презрением скрыть панику, неприятие и страх.
