По идее, немецкая танковая дивизия, шла по шоссе от Вильнюса, через Молодечно и в районе Волковщины используя хорошую дорогу повернула на восток, в направлении Острошицкого Городка. Скорее всего они успели его захватить, но вот дальше, по кратчайшему пути от него к Смолевичам они пройти не смогли — их где-то там остановили на этой кратчайшей дороге. И что тогда? А тогда немецкий командир решил дать кругаля и развернул свою дивизию всторону Логойска, и не доходя до него снова свернул на восток в районе Лабунщины и перешел опять на хорошую дорогу из Логойска на юг, которая как раз и вывела немцев к Слободе.
Из глубокой задумчивости меня вывело легкое похлопывание по плечу. Оглянулся — это дед Павел.
— Чего закручинился добрый молодец, запечалился?
— Да так… о своем, о женском… — не принял я, дедову игру, — а если серьезно, как тут не печалиться?
— Ну, веселого положим действительно мало, но и в гроб раньше времени не хер торопиться! Чо, дальше-то делать думаешь?
— Если по уму, то надо брать ноги в руки и галопом в Москву, а там уж, как карта ляжет.
— Верно говоришь, только до Москвы еще добраться надо, а в ней еще до начальства достучатся, а сколько нам крови попортят допрежь и в прямом и в переносном смысле — при этом он остервенело махнул рукой, — скольких зубов не досчитаешься, документов нет — а без них кто мы такие совершенно непонятно, да еще на неизвестной технике прем в тыл. А вдруг мы умыслили чего на САМОГО товарища Сталина! Тут надо сперва себя показать, чтобы сводочка, за сводочкой… что о нас, на самом, — он указал пальцем, на каком самом верху, — узнали, чтобы сотни людей могли подтвердить КАК и с КЕМ мы воевали! Понимаешь?
— Да я то понимаю! А ты? Ты понимаешь, что немцы, — я мотнул головой на танковый погост, — на этом не успокоятся? Если мы тут врастем в землю, то скорее всего тут и останемся?
— Только дурак не трусит в такой ситуации! По всем законам военной науки, максимум к вечеру тут будут основные силы немцев! В операции такого уровня, это ДИВИЗИЯ! ТАНКОВАЯ! Понимаешь? И это только один фланг! — Я встал, и показал рукой на юг.
— Успокойся и присядь. Я тебе кое-что расскажу. В сорок первом, войну я начинал ведь в этих местах, сейчас нет времени тебе все рассказывать подробно, поэтому я очень кратко. После войны, имея доступ к военным архивам, я вдумчиво изучал документы.
