Многого конечно не было, но недостающие брал у коллег в ГДР, а то и вовсе в американском НАРА, была у меня такая возможность. — я внимательно слушал. — Запомни основное! Немцы, в том, нашем времени действительно захватили Смолевичи в ночь с двадцать шестого на двадцать седьмое июня силами седьмой танковой дивизии. И он, — дед Павел мотнул головой на место, где еще недавно сидел немчик, — это полностью подтвердил.
— А что я Вам говорил? Не меньше дивизии!!!
— Да погоди ты!!! Еще поскачи на одной ножке! Тут фокус в том, что эта дивизия, заняв эту станцию, села в глухую оборону, и просидела в ней вплоть до тридцатого числа, пока Гудериан не подошел с юга по варшавскому шоссе от Бреста! Понял?
— Да понял я, что у нас есть три-четыре дня на похулиганить! Только против танковой дивизии двумя танками и самоходкой да с почти пустым БК много не навоюешь!
— А вот тут, есть второй сУрпрЫз, — тут я поднял на него удивленные глаза, — Танковая дивизия у немцев не совсем танковая как у нас.
От этих его слов, у меня в голове защелкал невидимый калькулятор, который быстро считал роты в немецком танковом полку. Получается, что на этот момент мы сократили танковый полк больше чем на десять процентов! О чем я и поделился с Нечаевым.
— Ну это я уже понял... Сейчас вопрос стоит, с какой стороны и какими силами ударит немецкий комдив.
— Правильно! Если нам придумать, как выбить хотя бы батальон танков, то сто процентов, всю дивизию отведут в тыл на доукомплектование, а ее смена займет один-два дня, если сильно повезет — три, смотришь, уже неделю выгадаем!
После этих его слов, я наверное понял его нахальный, но вполне осуществимый план.
— Пал Игоревич, — пожалуй, что впервые вслух я назвал Нечаева по имени-отчеству, — как Вы считаете, что надо предпринять в первую очередь?
— Думаю, что по этой дороге они уже не попрут.
