Воин Забвения. Гранитный чертог (СИ)

Какой же вельд добровольно согласится отправиться туда, где его, возможно, ждёт не самая лёгкая смерть? Предатель? Или что ещё хуже — соглядатай, который прикидывается желающим помочь?

И задумывалась ли об этом Млада?

— Главное, что наконец-то у нас есть тот, кто сможет пролить свет на вельдов, — проговорил князь, вырывая Хальвдана из размышлений.

— А на смерть троих кметей? Или тебя это уже не волнует?

— Это волнует меня не меньше. Но сейчас каков резон гадать? — Кирилл пожал плечами, сложив руки за спиной.

 — Просто нужно допросить вельда. Сам займёшься или людей Вигена отправить?

Хальвдан знал, каких подручных держит начальник стражи для допросов: с виду — отпетые головорезы и висельники. Спору нет — допрашивать они умели, но вот сомнения вызывало то, как они это делали. Хотя, если нужно, закроешь глаза на любую жестокость.

— Подожди с людьми Вигена. Замучают мальчишку раньше, чем он успеет что-то сказать. Сам потолкую.

Кирилл согласно наклонил голову, но затем подозрительно окинул его взглядом.

— Ты какой-то… пришибленный. Уверен, что справишься? Могу и Бажана отправить.

Хальвдан не сразу осознал смысл его слов. А когда осознал — разозлился. Проклятье! Князь видел его насквозь и наверняка разгадал, что послужило причиной сегодняшней рассеянности. Хоть напрямую и не спрашивал. К чести Кирилла, ёрничать первым он никогда не начинал, даже если находился повод — только в ответ на издёвки. А потому в его вопросе чувствовалось искреннее участие.

— Уж с тем доходягой, которого привезла Млада — справлюсь, — Хальвдан зачем-то обеспокоенно посмотрел на дверь.

Князь беззвучно усмехнулся.

Хальвдан поклонился, как того требовало почтение к правителю, но не слишком низко — как позволяла их многолетняя дружба — и вышел из покоев Кирилла. Спустившись во двор, не глядя по сторонам, он обошёл изгиб замка и направился к темницам. Влажный в преддверии дождя воздух сопротивлялся каждому шагу. Уже смеркалось, а потому кмети, вполне резонно решив, что за событиями прошедшего дня воеводы спрашивать с них ничего не станут, разбрелись кто куда.

То и дело они попадались навстречу, и во взгляде каждого читался один и тот же вопрос. Каждому любопытно было бы взглянуть на живого вельда, я то и наподдать ему за всё, что творило его племя. И порасспрашивать самолично. А так приходилось ждать, что скажут воеводы или сотники, когда придёт время. Те же всей правды точно не выложат, чтобы не трепали лишний раз.