Война

— Ерунда! — Лани настойчиво тряхнула головой. — Сколько там твоего нездоровья-то? Выпишут — не заметишь даже. А чем ещё тебе здесь заниматься? Что попусту время терять, лучше употребить с пользой для дела! Вот ты, какого цвета повседневку хочешь? Я — небесного, как у Алисы!

— Не разрешат... — слабым голосом усомнилась Кари. — Слишком отличается... от формы...

— Разрешат-разрешат! — заявила Лани. — Вот увидишь! А не то мы подадим рапорт самой Алисе и спросим у неё! — она грозно сдвинула брови.

Кари мечтательно опустила глаза.

— Тогда... я хочу... нежно-зелёный,... как море на Радуге... помнишь? Дину... очень нравится...

— Вот и отлично! — подхватила Лани. — Надо всё продумать, и я закажу за нас обеих, думаю, командование не будет против.

Они ещё несколько минут обсуждали варианты покроя, оттенки цвета и прочие нюансы, тихо споря о мелочах. Короткий сигнал наручного коммуникатора прервал увлечённую беседу.

— Эх, — Лани разочарованно посмотрела на дисплей. — Десять минут прошло. Мне пора идти, а то майор точно съест прямо с комбинезоном.

 Ты давай, подумай хорошенько, я зайду, как только смогу, запишу заказы.

Она поднялась со стула и развела руки в стороны, отчего белое облачение на ней стало выглядеть, словно мешок.

— Ты... смешная... в нем... — Кари сделала выдох, в котором с трудом угадывался смех. — Иди... я подумаю... до твоего возвращения...

— Пока! — Лани весело помахала ей рукой и направилась к двери.

— Да, Кари? — она обернулась.

— Не забудь... позвонить Дину... хорошо? И ещё.

.. — Кари замолчала на несколько секунд, переводя дыхание, — пожалуйста,... не обижай Бэкко... я знаю... вы друг друга недолюбливаете, но... она не плохая... она сняла паука у меня с хвоста... так бы меня даже здесь... не было,... ладно?

— Конечно, Кари! — Лани жизнерадостно заулыбалась. — Да я совсем на неё не злюсь, даже не думай об этом! Всё будет хорошо!

Кари закрыла глаза, и Лани тихонько вышла из палаты. Всю обратную дорогу до своего кубрика она держалась изо всех сил, и путь показался ей в десять раз длиннее обычного.

Едва двери кубрика закрылись за ней, как слёзы против воли побежали по лицу. Лани опустилась на кровать и некоторое время беззвучно плакала, зарывшись лицом в подушки. Минут через пятнадцать нервное напряжение начало спадать, и ей удалось успокоиться. Надо было привести себя в порядок. Лани прошла в ванную и долго стояла под контрастным душем, собираясь с силами. Наконец она заставила себя выйти из душевой кабины и принялась одеваться.