Война

— Он уже вошёл в компьютер и самостоятельно активировал предвыходную гидропроцедуру, — прокомментировал врач. — Он великий учёный и лучше нас понимает своё положение.

Спустя минуту труба биорегенератора открылась и выпустила ложе с уже вымытым и обсушенным пациентом. Серебряков-младший с трудом поднялся и сел прямо на ложементе. Мэг осторожно обняла его:

— Как ты себя чувствуешь? — она с тревогой посмотрела ему в глаза.

— И тебе тоже здравствуй, — слабо улыбнулся Серебряков-младший. — Я в норме. Насколько это вообще возможно.

Он попытался встать, но пошатнулся и потерял равновесие. Мэг и Лантро подхватили его под руки и усадили в кресло.

— Вам нельзя двигаться! — предупредил врач. — Сейчас сюда доставят гравитационное кресло.

— Всё настолько серьёзно? — Серебряков-младший закрыл глаза и сосредоточился. У него из носа тоненькой ниточкой потекла струйка крови.

— Андрей! — вскрикнула Мэг, хватая его за плечи. — Ты не должен связываться с компьютерами напрямую! Это убьёт тебя!

— Она права! — поддержал её Лантро.

 — При всём уважении, Андрей Андреевич, но это только ускорит процесс отмирания мозговой ткани! Вам категорически противопоказано перегружать мозг!

— Точнее, то, что от него осталось, — Серебряков-младший открыл глаза и слабо улыбнулся. — Я ознакомился со своим положением. — Он посмотрел на Лантро: — Академик, вы же понимаете, что мнимое улучшение моего состояния есть временная рецессия, обусловленная всплеском энергии, выделившейся вследствие ураганного распада изменённых клеток.

Вслед за этим временным улучшением последует переход мозга в состояние комы, а затем смерть.

При этих словах Мэг бросилась к нему на грудь, и её плечи задрожали в беззвучных рыданиях. Серебряков-младший обнял её и вновь посмотрел на Лантро:

— Буду я пользоваться мозговым интерфейсом или нет — это уже ничего не изменит. И мы с вами это знаем. У меня осталось от силы двадцать часов, и я хочу провести их спокойно, в кругу своих друзей.

Врач кивнул головой в знак согласия:

— Я буду рядом.

Если что-то понадобится, дайте мне знать.

В этот момент дверь открылась, и медсёстры внесли гравитационное кресло. Вслед за ними в реанимационную вошёл Четвёртый.

— Папа! — улыбнулся Серебряков-младший. — Рад тебя видеть!

— Как ты? — Четвёртый обнял сына.

— Бывало и хуже! — легко соврал Серебряков-младший. — Ты не поможешь мне пересесть в кресло?

Высокий воин сгрёб его в охапку, словно пушинку, и усадил в гравитационное кресло.