Война (СИ)

Внимательно изучающий меня Долгорукий медленно, едва заметно кивнул, дав понять, что услышал больше остальных и принял моё решение.

Покидая малую приёмную, Сергей Иванович Долгорукий продолжал прокручивать в голове речь императора о предстоящей помолвке, что явно была обращена лично к нему. Эк он сумел вывернуться! Из просителя, которым молодой правитель предстал на приснопамятном приёме, едва ли не уговаривая князя отдать в жены дочь, он вдруг превратился в оказывающего милость. Вспомнил он и обезличенное «девушка из древнего и уважаемого рода», что проскользнуло в речи Алексея на прошлом заседании Совета — явный намёк на то, что всё может измениться, и избранницей императора может стать вовсе и не Анна Долгорукая.

Подобная продуманность и изворотливость Алексея одновременно и злила Долгорукого, и восхищала. Если раньше он относился с некоторым брезгливым презрением к новообретенному цесаревичу, что весьма скоропостижно и неожиданно для всех весомых политических фигур стал императором, то потом… Потом он понял, что этот зарвавшийся щенок — вовсе не беспородный, оголодавший пёс, забывающий обо всём при виде сахарной косточки. Скорее, это волчонок, обещающий вырасти в мощного, сильного хищника. И кажется, что этап взросления уже позади, во главе государства стоит молодой зверь в полном расцвете сил, с оскаленными клыками, готовый рвать врагов, не жалея ни их, ни себя. И укротить его можно только исподволь, войдя в его ближайшее окружение, став для него близким человеком. А значит, особого выбора у министра уже нет — судьба ясно дала ему понять, на чьей стороне нужно выступать, чтобы не потерять завоёванного долгими усилиями, годами напряжённой работы.

Хмыкнув, он покачал недоверчиво головой, удивляясь тому, как переменчива бывает жизнь, объединяя бывших недругов, делая недавних союзников врагами… И кстати, о врагах! Вопрос с императрицей — бывшей императрицей — поправил себя будущий тесть российского императора, уже разрешился.

Хотя, произошло всё не так, как полагал наивный Алексей. Пусть он и обрёл силы и некоторый опыт в делах государственных, но в хитросплетениях политических игр ему ещё только предстоит разобраться, потеряв при этом немалую долю своего идеализма.

Да, он использовал лакомую, слишком лакомую приманку и считает, что поймал князя на крючок. Но он не понимает, что своим неожиданным предложением фактически развязал руки Долгорукому.