Война (СИ)

Но и позволять дочери являться на приём к императору неподготовленной князь не собирался, мало ли что взбредёт в голову взбалмошной девчонке?! Поэтому и выторговал пару дней, якобы, чтобы ребёнок смог отдохнуть после трудного путешествия и восстановить пошатнувшееся здоровье…

Бал, в котором предстояло участвовать Анне, известие о чем так напугало её, должен был состояться на следующей неделе. Несмотря на напряжённую атмосферу, царившую в столице в связи с военным положением, отменять ежегодный весенний бал дебютанток никто отменять не собирался.

Более того, на него возлагались определённые надежды — такое доказательство того, что жизнь продолжается, дети растут, девичья красота расцветает, должно было непременно поднять моральный дух аристократии. Именно на этом представлении высшему свету девушек из лучших дворянских семей империи, вошедших в брачный возраст и отныне занимавших своё место на рынке завидных невест, по задумке Алексея Александровича, и должны были объявить о его помолвке с княжной Анной Долгорукой.

Князь покачал головой: самая юная дебютантка сразу же окажется в центре внимания — и не столько из-за того, что она ещё не отметила своего пятнадцатилетия, что было обязательным условием, сколько по причине такого головокружительного взлёта. Ещё бы, едва заявив о себе, сразу приобрести статус невесты самого императора! Долгорукий нахмурился, напомнив себе, что необходимо срочно решить вопрос с усилением охраны для всех членов семьи, а особенно для Анны. Рисковать сейчас, когда остался всего лишь один маленький шажок до изменения статуса рода, он не имел никакого права.

Оставалось только надеяться, что после откровенного разговора с матерью и сама Анна осознаёт, как много надежд на неё возложено, и что её прежние шалости должны остаться в прошлом. Невеста императора не может позволить себе сбегать среди ночи на близлежащий пруд, чтобы подкараулить русалку, что непременно должна появиться в полнолуние и спеть свою завораживающую песнь, расчесывая кудри. Или переодеваться мальчиком и являться на урок фехтования вместе со своими кузенами… Или… Да сколько всего случалось, что и не упомнить! Но теперь всё должно измениться.

Бросив последний взгляд на притихшую дочь, Мария вышла из её комнаты, осторожно прикрыв дверь. Всё, что нужно, было уже произнесено. И княгиня не сомневалась в том, что её дитя, воспитанное в должном духе, примет и поймёт всё сказанное, выполнив с честью свой долг. Иначе и быть не может, ведь род превыше всего.