Война за проливы. Призыв к походу

Даже мои дочери избегают меня и живут с Ольгой и ее мужем в Ораниенбауме… Один барон Фредерикс, верный как старый пес, навещает меня каждый день, но и он смотрит на меня так, будто что-то хочет сказать, но никак не решается.

– Ну что вы, это вовсе не так, ваше величество… – сказала Аннушка, пододвинувшись ближе и гладя мои сложенные на коленях руки. – Ах всем это пустое, не забивайте себе голову! Все не так плохо. Ваши девочки любят вас, ведь они вместе с Ее Высочеством Ольгой Александровной регулярно приезжают из Ораниенбаума проведать Ваше Величество…

– Да, но каждый раз я от них только и слышу: Вячеслав Николаевич (Бережной) такой, Вячеслав Николаевич сякой, Вячеслав Николаевич сказал это, Вячеслав Николаевич сказал то… А о Никки ни полслова, как будто он не их отец.

После их визитов у меня от волнения каждый раз отнимаются ноги. Но это еще не самое плохое… После того как Никки уехал, Михаил все стал решать сам, не спрашивая у меня совета! Милая Аннушка, можешь ли представить себе – он своей волей, не спрашиваясь у меня и у Никки, решил отдать Ольгу замуж за сербского принца Георгия, который недавно приехал к нам погостить!

– Что же в этом плохого? – мягко спросила Анна.

 – Рано или поздно это должно было случиться.

– Но Ольга ведь еще совсем малышка! – горестно воскликнула я. – Ей же всего девять лет!*

– О, не беспокойтесь, ваше величество! – с ласковой улыбкой произнесла моя верная наперсница, вновь погладив мои руки.

 – Ведь свадьба состоится еще не скоро… Принц согласен подождать, пока ваша дочь не подрастет…

– Но, Аннушка, ведь меня никто не спросил, хочу ли я этого брака… – плаксиво пожаловалась я. – Но это ладно. Самое возмутительное, что Михаил все решил сам, он даже не хочет дождаться возвращения Никки… Это неправильно! Пусть Никки и не император теперь, но все же он – отец Ольги, и он должен дать согласие! Кроме того, так нельзя поступать… Что же это творится, Аннушка, я не понимаю…

Я всхлипнула; слезы потекли по моему лицу.

Тем не менее, выговорившись, я ощущала облегчение. Только с Аннушкой я могла сполна дать волю чувствам. С ней мне не нужно было притворяться.

– О, ваше величество, любезная Александра Федоровна… – проникновенно говорила Аннушка, глядя мне в глаза, – прошу вас, не переживайте. Михаил все делает правильно, поверьте.