Ее платье было в полном беспорядке, помада размазалась вокруг рта, а на груди покоилось аляповатое ожерелье из крупных ярко-желтых бусин.
– Что случилось, Ленка? – Из автомобиля вышел рослый, коротко стриженный парень с сигаретой в руке. – Ты чего орешь?
– Он подглядывал за мной! – негодующе закричала женщина, показывая пальцем на колдуна. – Он следил!
Парень повернулся к Любомиру и смерил его презрительным взглядом:
– Ты что, извращенец?
– Да не подглядывал я за ней, – скривился колдун. – Очень надо.
– Он все видел! – не унималась женщина.
– Он видел нас в машине!
– Ах ты мерзавец!
Любомир молча повернулся, но парень отбросил сигарету, двумя огромными прыжками настиг колдуна, схватил за плечо и рывком повернул к себе:
– Куда собрался?
– Врежь ему, Дима! – подзадорила его женщина. – Врежь!
– Отпусти! – прошипел Любомир.
Продолжая удерживать колдуна за плечо, парень быстро, без размаха ударил его в лицо. Любомир дернулся, из разбитого носа потекла кровь.
– Любишь подглядывать, извращенец?
Но колдун не слышал его.
Струйка горячей крови достигла губ Любомира, и колдун почувствовал ее приторный вкус. Дикая ярость нахлынула на него, судорогой сведя пальцы, сдавив виски пронзительно раскаленным обручем. Глаза заволокло зеленой пеленой, белки пропали, а сердце буквально рвалось от пугающе быстрых ударов.
– Врежь ему, врежь! – надрывалась женщина.
Ее кавалер широко размахнулся, но колдун рывком освободился и легонько оттолкнул противника от себя. Парня отбросило в кусты.
– Дима! – взвизгнула женщина.
– Ах ты, гад…
Здоровяк легко вскочил на ноги, и тут же мраморный шар влетел в его голову, лицо Димы превратилось в кровавое месиво. Женщина дико завизжала.
– Заткнись, – прорычал колдун. – Заткнись.
Раскаленный обруч продолжал сжимать его виски, а женщина не унималась.
– Заткнись!!
Она бросилась в лес, но гибкие зеленые молнии, вылетевшие из глаз колдуна, догнали ее, прижали к ближайшему дереву, стянули по рукам и ногам, впиваясь в упругую кожу. Женщина продолжала кричать.
– Заткнись!!
Теперь Любомир видел перед собой лицо Всеславы.
Это она отчаянно искривила рот, это ее безумные глаза молят о пощаде, это в ее стройную шею впивается ярко-желтое ожерелье. Все глубже и глубже…
Колдун отбросил со лба мокрые волосы.
Эти воспоминания… Эпизод в лесу навсегда врезался в его память, каждая деталь, каждый жест. Кровь на его руках, ярко-желтые бусы, гаснущие глаза и тяжелые, умиротворенные удары сердца. В тот момент колдуну стало по-настоящему тепло.
