– А сколько раз они тебя штопали? – язвительно осведомился сидящий сзади уйбуй Наваха.
– А сколько они денег за это драли? – возмутился жадный Копыто. – Просто немерено! Понимают гады, что, кроме монастыря, нам податься некуда, вот и жируют! Я давно предлагал пошарить по их подвалам!
– Ты, что ли, шарить будешь, урод? Да монахи из тебя навский шурк сделают.
– Что сделают? – переспросил необразованный Копыто.
– Шурк, – свысока объяснил Наваха, – мелко рубленное сырое мясо, с овощами, под острым соусом… Я вчера в «Ящеррице» ел, поганое блюдо, но экзотичное.
– Ты, умник, как нажрешься какой-нибудь гадости, такую пургу несешь, перед Спящим неудобно.
– Ты кого умником назвал? Вторая голова, что ли, выросла?
– Да не тебе мои головы считать, Коперник!
– А ну заткнулись! – прервал разошедшихся уйбуев Кувалда. – Я вас за этим вызывал?
Уйбуи притихли. Красные Шапки подъехали к монастырю эрлийцев минут десять назад. В сером предрассветном тумане три джипа стояли на площадке перед воротами и терпеливо ждали, какое решение примет фюрер.
Кувалда достал из-под сиденья полупустую бутылку «Уокера» и сделал большой глоток.
– Кортес наверняка зфесь, в Обители, но просто так монахи его не отфафут. Значит, у нас фва варианта. – Фюрер не спускал глаз с раскачивающегося над воротами фонаря. – Можно вышибить фвери и ворваться в монастырь, а можно попробовать фоговориться.
Наваха покачал головой:
– У нас всего три десятка бойцов, ну, может, Весло подгребет со своими ребятами, с такими силами монахи из нас…
– Знаю, знаю, – хмуро оборвал его одноглазый, – навский шурк сфелают.
– Во-во.
Копыто шумно засопел, выражая полное согласие со словами коллеги, но Кувалда уже понял, что второй, мирный вариант его уйбуям понравился гораздо больше первого. Под завистливыми взглядами подчиненных фюрер допил виски, выбросил в окно бутылку и принял решение:
– Лафно, Наваха, возьми фвух бойцов потолковее и пойфем внутрь. А ты, Копыто, останешься зфесь и буфешь фемонстрировать серьезные намерения.
– Это как? – не понял уйбуй.
– Вывефешь ребят из машин и построишь переф воротами. Пусть монахи вифят, что нас много.
– Построиться перед воротами? – Лицо Копыто вытянулось. – Зачем?
– Ну, ты еще буфешь со мной спорить, – буркнул Кувалда и открыл дверцу. – Все, пошли.
На ругательство, которое Копыто тихо процедил сквозь зубы, фюрер решил пока не обращать внимания, но запомнить – запомнил.
