— Монстр внешнее вообще ничего не делает, а атаки до него не доходят, и враги рассыпаются.
— Ненадолго, — хмыкнул я.
Александр замер под брюхом монстра. Я напрягся, почувствовав атаку босса, направленную вниз. Мой брат не видел её, но заранее напитал энергией доспех и покров.
Александр покачнулся и захрипел, выплёвывая воздух.
— Спокойно! — крикнул я, удерживая Кристину, которой не терпелось нацепить Сашке на голову очередной пузырь.
«Это конец!» — усмехнулась Фая.
Царевич, находясь аккурат по центру под скатом, развёл руки в стороны и выплеснул всю оставшуюся у него энергию из своего солнечного сплетения.
В воде мгновенно появились круги, будто от упавшего камня. А затем из них в брюхо ската ударил разрушающий поток вибраций. Скат не смог защититься — выпущенной им энергии не хватило чтобы замедлить поток.
Вода вокруг до этого момента была кристально чистой, но теперь в ней плавали требуха и кровь.
Мгновенье, и в наши Метки ударил поток энергии аномалии.
— Я прикончу тебя! Прикончу! — ревел Александр, обессиленно пытаясь доплыть до ската.
«Куда, придурошный⁈ — выпалила Фая, схватив его тушку когтями и потащив к нам. — Забыл зачем ты здесь⁈ Не тебе заканчивать!»
Александр захрипел и начал захлёбываться — слишком много энергии он потратил на этот бой, и больше не мог поддерживать своё стабильное существование под тяжестью воды.
Я мигом начал его восстанавливать через «поле», а сердобольная Кристина быстро создала для нашего родственника новый воздушный пузырь, вытеснивший от головы Александра всю воду.
— Поздравляю тебя, — мягко проговорила Кристи. — Ты победил босса аномалии. Ради неё. Когда мы познакомимся с Адалиной, я обязательно ей об этом расскажу.
Кристина улыбнулась. Александр захрипел.
А Юрец, ради прокачки которого и был затеян этот поход, весело щёлкая жвалами наконец-то дожрал тушку босса до Семени Аномалии.
Ни секунды не колеблясь, он съел ядро аномалии, в которой жили монстры одного с ним энергетического типа.
Аномалия закрылась.
* * *— Поздравляю вас, Ваше Сиятельство, Кристина Альбертовна! — раскланялся перед нами Илья Богданович Стрижов, лично встречавший нас в нашем мире.
Он чуть ли не у самого входа в аномалию стоял, ожидая нашего возвращения будто верный пёс, ждущий, когда хозяин вернётся со службы домой.
— Хвостом бы ещё завилял, — тихо проговорил Александр, явно разделявший мои мысли насчёт Стрижова.
Царевич вновь натянул на себя личину Витали, так что Стрижова он не особо интересовал.
