— Спасибо, — кивнул я кузену Кристины. — А эти где?
Взглядом я указал на место, где раньше стояли машины Полковника Корпуса и его группы.
«Свалили, мой любимый оппа, — вперёд Стрижова ответила чёрная дракониха, всё это время дежурившая у входа в аномалию. — Связались с начальством, как я камешки собрала, едва ли не в слезах рассказали, какой ты гад, получили по шапке и приказ возвращаться. Ну? Я молодец⁈»"
"Невидимая для остальных метровая дракониха уставилась на меня преданным глазами. Я незаметно коснулся рукой своей ноги, дав ей знак.
Дракониха обрадовалась и начала тереться головой о моё бедро.
Ну а как ещё иначе выражать благодарность ей, не привлекая внимания?
«Ну всё, хватит ластиться! Ишь! Совсем стыд потеряла! Не мешай оппе работать!» — погнала её прочь Фая. Похоже, у рыжей драконихи вновь отключился «добрый режим».
Пока эти две мохнатые пигалицы собачились, Стрижов повторил доклад Ольги Фаиновны. А затем неуверенно улыбнулся и проговорил:
— А меня официально назначили на должность главы Красноярской губернии.
— Значит, Совет закончился… — напряжённо проговорила Кристи.
Стрижов же склонил голову и добавил:
— Спасибо за вашу поддержку, Ваше Сиятельство, Кристина Альбертовна. Искренне прошу вас передать также мою благодарность Его Высочеству Максиму. Род Стрижовых будет верен ему до самого конца и не посрамит доверие Его Высочества и вас, Ваше Сиятельство. Красноярская губерния с вами.
— Благодарю, — кивнул я и хлопнул кузена Кристины по плечу.
— Я передам твои слова Его Высочеству. А сейчас прошу нас простить, мы спешим.
Да, нужно скорее вернуться домой и рвануть в Париж. Жди меня, Франция! Сестричка Наташка, готовься встречать братика.
Хотя после знакомства с моим энергетическим паразитом, она не должна меня помнить…
Глава 12
Кто я?
Что происходит?
Где я?
Хм… ответ на первый вопрос пришёл ко мне мгновенно. Я — Вольный Воитель Макс! Хотя сейчас меня зовут Максим. Ещё меня зовут «дорогой», «брат», «граф»…
Хм…
Меня пронзила режущая боль.
Тело выгнуло дугой, я застонал!
А может, эта боль мне показалась?
Ведь проблема в том, что боль я ощутил будто бы своим естеством, всеми фибрами своей души! А вот тело… его я не чувствую. Рецепторы тела — слух, зрение, обоняние, осязание, наглухо молчат.
Но я… мыслю.
А значит — существую. Но такое впечатление, будто бы я растворился в пустоте.
Пустота…
Что-то знакомое…
Вспоминай, Макс! Что там было?..
