Волчье кладбище

Он на него за что-то обижен. Мистер Кочински когда-то что-то нехорошее отцу сказал.

– Он пожелал ему хорошенько просраться, – уточнил я.

– Да? Ну, не знаю. Только вот знаю, ну, со слов Тео, что завещание деда в итоге составлено так, что при любом раскладе Милек Кочински не получает ни шиша. Обиделся старик на него, разочаровался в сыне. Всё любимому внуку оставил. А вот если умрёт Тео, то деньги все автоматически перейдут к его ближайшему родственнику. Ну, исключая Милека Кочински. А Тео умер.

– Значит, всё унаследовала Анна? – догадался я.

– Не факт, – сказал Джо, присев на скамейку. – В тот день, когда они это со мной сделали, Тео говорил, что решил составить своё собственное завещание. Ну, я не в курсе, составил он его или нет.

– И ты не сказал об этом суперинтенданту?

– Не-а. Вот думаю, говорить или нет. Вдруг это мотив?

– И кому Тео хотел всё завещать? – спросил я.

– Без понятия. При мне он этого не сказал. Но, послушай, вряд ли он Анне всё оставил бы, верно? Он ведь не воспринимал её как мать.

– Не было там души. Знаешь, Джо, проваливай!

– Ага. – Джо послушно встал и побежал на поле.

Я надевал бутсы, когда из коридора зашёл Робин. Завидев меня, он невольно вздрогнул.

– Я думал, уже никого.

– Хочешь? – протянул я остаток сигареты.

Робин затянулся и потушил окурок о ножку скамьи.

– Как рука? – спросил я.

– В порядке. Морфий, как видишь, не принимаю. Только рубашки запачкал, судно регулярно даёт течь.

С поля прибежал Питер.

– Макс, ну где ты? У нас категорически не хватает столбов для схватки.

Как всегда, от ясного лика Питера исходили лучи майского солнца. Улыбка до ушей. Старый добрый Питер. Он положил руку на плечо Робина и сказал:

– Как твоё рукоблудие?

– Адские муки. Нам необходим тред-юнион для взаимопомощи, – паясничал Робин. – У меня отец как раз в одном таком обществе состоит. Скидки, пособия по болезни… Дарт не посмеет возразить.

– Я, пожалуй, воздержусь от такого членства, – весело заключил Питер.

Робин шлёпнул его по щеке, тот двинул в ответ.

– Всё, иди к чёрту! Макс, пошли, – позвал меня Питер.

– Иду, – отозвался я, завязывая шнурки.

– Слышали, у Гарри в комнате по ночам какой-то полтергейст шарит! – сказал Робин.

– Пристал ко мне сегодня, трогал ли я его вещи на столе.

– Нет, конечно, – помотал головой Робин. – Кажись, он сбрендил.

– Жизнь без Тео оказалась не сказкой, – заключил Питер.