Волчье сердце

Квартира обдала его теплом, и это тепло, быстро проникнув сквозь одежду, скопилось где-то в груди. Девки о чем-то смеялись, сидя на кухне. Он прошел в ванную, тщательно вымыл руки и только потом присоединился к ним.

— Где коньяк? Ты ж за коньяком ходил? — Вера подозрительно на него глянула.

— Его там не оказалось.

— У меня есть приличный бренди, но я не знаю, насколько он приличный для тебя... — несмело предложила Рида.

— Доставай, не парься. Главное ведь не что пить, а с кем.

Встав у Веры за спиной, положил руки ей на плечи так, чтобы большие пальцы касались шеи.

Вера сделала еле уловимое движение, будто хотела отклониться. Майер улыбнулся и, пригнувшись, поцеловал ее чуть ниже уха.

Порадовавшись про себя, что Майер не такой уж сноб, каким мог быть, Рида встала на стул и достала из верхнего шкафа обещанный бренди. Занимательно сложилась ситуация. Янис оказался привлекательным, но Вера почему-то скрыла этот факт, убеждая, что в ее окружении приличных мужчин нет. Боялась, что подруга положит на него глаз? Абсурд.

Сама мысль об этом оскорбляла Риду до глубины души. Ладно, они поговорят об этом позже. Обязательно поговорят.

— Подождите, есть у меня одна идейка... — Поставив на стол бутылку и стакан для гостя, она упорхнула в другую комнату вслед за своей мыслью.

Вера лишь пожала плечами и поднялась, чтобы открыть окно. Показалось, что в кухне стало нестерпимо душно. Во всем виноват Майер. Его взгляд — беззастенчиво рассматривающий ее. Как будто раздевающий догола.

Под таким пристальным вниманием сложно поддерживать отстраненность. Она досадовала на себя, что он оказался так ей небезразличен. Злилась. Пыталась выстроить между ними стену, но физическое влечение было сильнее доводов рассудка. Особенно сегодня, когда воля значительно разжижилась шампанским.

Внутри Веры будто образовались две вселенные. Она люто ненавидела Майера: он был частью ее прошлого, так неожиданно и непрошено вторгшегося в настоящее. Его вид отзывался в ней болью, напоминая о самых тяжелых событиях жизни.

И в это же время она нуждалась в нем, хотела его, тосковала по их близости. После той ночи сердце как будто свело судорогой. Поэтому Вера так отчаянно стремилась вернуть свою былую жизнь, в которой не было Яниса. Хотела, чтобы отпустил этот нестерпимый сердечный спазм, но он никак не отпускал. Майер все спрашивал, ответа требовал, сколько ей нужно времени. А кто его знает? Она б и сама хотела знать.