Волчье сердце

Ошарашенная Буримова следовала за ней по пятам. Вера, не стесняясь свидетелей, набрала номер Майера и некоторое время слушала долгие гудки. Звучали они тоскливо, отзываясь в душе какой-то беспросветностью.

— Можно тебя попросить, — тихо сказала, когда Янис наконец ответил.

— Конечно. Ты же знаешь: я сделаю для тебя все. И даже больше.

— Все не надо. Я прошу о маленьком одолжении — не превращай мою жизнь в ад, у меня в ней и так не все гладко.

— Что случилось? — обеспокоился он.

— Ты еще спрашиваешь? Меня уволили.

Он тут же прекратил разговор, повесив трубку.

Вера сделала глубокий вдох. Нелечка, стоящая рядом, дышать, кажется, перестала. Потом очнувшись, забегала по кухне — налила в стакан воды, полезла в аптечку в поисках успокоительного.

— Вера, на вот... выпей, успокойся.

Вера проглотила таблетку и запила водой, но лишь для того, чтобы Нелечка от нее отстала. Буримова забрала у нее стакан, и Вера рухнула на стул, на мгновение прикрыв лицо руками.

Та, в отличие от Майера, ответила сразу.

— Зачем ты ему сказала? — сразу спросила Вера.

— Я ничего никому не говорила, — весело ответила Рида.

— Только ты знала, где я и с кем. Только ты!

— Вера... — замешкалась Рида, опешив от тона подруги. — Что такого...

— Гущинский меня уволил.

— Вот так! Я тебе говорила, что это не та история, не тот человек.

— Ты была не на связи.

— А Захару позвонить не догадалась? — язвительно откликнулась Вера.

— Я вообще не думала, что так получится...

— Ты со своими мужиками разберись. Не лезь не в свое дело, — резко сказала она и закончила разговор.

Нелечка все это время стояла около нее тенью. Но тенью громкой, суетливой.

— Твой с Гущинским, что ли, поцапался? Приревновал?

— Да, — подтвердила Вера и задумалась.

Майер ничего не говорил про ревность, он говорил про злость. Он говорил, что разозлился, потому что не смог дозвониться и не застал ее дома.

— Да не бери в голову, — взволнованно защебетала Неля. — Мужики же... Какое увольнение? У них, знаешь, как все просто...

— У них просто. Только я не игрушка.

Но Нелечка, не теряя оптимизма и настойчивости, продолжала убеждать Веру не принимать скоропалительных решений. Мол, неправильно она все поняла.