Задним умом он придумал, как следовало вести себя, что говорить, как стоять, отработал даже два варианта поведения: в одном представлял себя императором со всеми вытекающими, в другом — видел себя простым и благодарным человеком, преклонившим голову для благословления старца."
"Надеяться теперь можно было лишь на себя и собственную волю. И политически правильно было отнести явление Сергиева воинства к области юношеских грёз и сновидений. На третий день, испытывая похмельное чувство, Верховный вернулся прежним Сталиным, однако увидел в яви атавизм, деталь сна — полковника Хитрова, ожидающего в приёмной.
Несмотря на то, что там были генералы и наркомы, вождь пригласил его первым, как всегда, позволил сесть и подал коробку с папиросами, однако тот отказался от всего и остался стоять. Это вождю не понравилось, ибо так поступали его слуги.
— Товарищ Хитров… — несмотря на это, привычно начал Верховный, расхаживая. — Вы честно и… благородно исполнили свой долг. Какую бы вы хотели получить награду? И где хотели бы продолжить службу?
— В Троице-Сергиевой обители, — внезапно признался полковник.
— Это для меня будет самая высокая награда.
Ему не надо было объяснять дважды или растолковывать то состояние, в котором находился Хитров. В своих трехдневных раздумьях вождю тоже приходила эта мысль…
— Я разрешаю вам… служить в монастыре, — после долгой паузы сказал Верховный. — Поезжайте в Троице-Сергиеву лавру. И служите. Насколько мне известно, там находятся мощи преподобного Сергия… И помолитесь за меня.
— Помолюсь, товарищ Сталин…
Проводив его. Верховный на несколько минут вновь погрузился в сон наяву, затем встряхнулся и вызвал из приёмной Всесоюзного старосту.
— Товарищ Калинин… Прошу вас издать Указ… о присвоении звания Героя Советского Союза… товарищу Хитрову. Посмертно.
— Посмертно? — невпопад спросил старый слуга. — Но я только сейчас видел его живым и радостным. Ещё спросил, как идёт жизнь, товарищ Победа…
Верховный оборвал эту речь своим взглядом.
— Полковник Хитров скоро умрёт. Калинин понял его не правильно, и потому у него вмиг запотели очки.
Сейчас, готовясь к встрече великой Тройки в Крыму, он отлично понимал, что предстоит неравный поединок одного против двух, и в результате столкновения ему обязательно навяжут условия, чтобы он после окончания войны с немцами сразу же начал кампанию против японцев на Дальнем Востоке.
